Книга Мы сами все разрушили, страница 24 – Виктория Лайонесс

— Значит, мне очень повезло.

— А ты?

— И я.

— Неужели, такой привлекательный мужчина не женат? — бармен ставит передо мной бокал с коктейлем, и я беру его в руки, делая глоток.

— Я в разводе уже пять лет.

— Сколько вы были женаты?

— Около семи лет.

— Могу я узнать, почему развелись?

— Она изменила мне.

— Хм. А ты никогда ей не изменял?

— Нет.

— Разве такое возможно? — из меня вырывается смешок.

— Что ты имеешь в виду, Луиза?

— Я имею в виду, что все мужчины изменяют.

— Похоже, у тебя был неприятный опыт. Но смею тебя заверить, преданные мужчины тоже существуют и их немало.

Смеюсь с горечью и осушаю бокал до дна, под удивленным взглядом мужчины. Становится совсем хорошо и перед глазами картинка уже прилично плывет.

— Не хочешь пойти туда, где потише? — летит предложение, и я поднимаю взгляд на мужчину, пытаясь сосредоточится на лице с острыми чертами. В нем есть что-то манящее, но он все равно уступает Фрэнку в красоте. Нос немного с горбинкой, внешние уголки глаз слегка опущены вниз. Губы тонкие, и в них нет той чувственности, как в губах Фрэнка. И скорей всего он даже не будет целоваться так сладко, как он.

— Хочу, — соглашаюсь, поняв, что снова начинаю думать о муже.

Мужчина берет меня за руку и ведет к лестнице, рядом с которой стоит секьюрити. Он подходит и что-то спрашивает у него, наклонившись к уху, и тот быстроотвечает.

Поднимаемся по лестнице, и мужчина открывает дверь первой вип-комнаты. Сразу бросает в дрожь, когда перед глазами возникают картинки увиденного здесь несколько недель назад.

Мужчина подводит меня к столику и отодвигает стул. Кидаю взгляд на диван, стоящий у правой стены, почувствовав, как начинает жечь в груди. Обхватываю себя руками и кусаю губы, ощущая подступающий к горлу ком.

— Ты в порядке, Луиза? — рука мужчины ложится на мою поясницу, и я поворачиваюсь к нему, подняв взгляд к его лицу.

— Да… — на выдохе произношу и, привстав на носочки, накрываю мужские губы своими.

Настоящее время…

Поворачиваюсь на спину с глухим стоном от разрывающей пульсации в висках. Пытаюсь открыть глаза, но веки настолько тяжелые, что мне не удается сделать это с первого раза. Начинаю осматриваться, понимая, что так и уснула вчера на диване в гостиной. Все тело ломит. Спина ужасно болит от долгого лежания в неудобной позе.

Кряхтя как старая бабка, поднимаюсь и сажусь, положив локти на колени. Ощущение, будто меня били всю ночь палками. Такого жуткого похмелья у меня еще никогда не было. Я в принципе редко в своей жизни выпивала так, чтобы наутро чувствовать себя как получеловек.

В голову врываются картинки вчерашнего вечера, и я закрываю лицо руками, застонав от стыда. В трезвом состоянии я никогда бы себе такого не позволила, как бы сильно ни ненавидела Фрэнка. А ужасней всего, что он все это видел. Теперь я ничуть не лучше его. Из-за разрывающей обиды я наплевала на все свои принципы и чуть не занялась сексом с первым встречным, будучи все еще замужней.

Фрэнк согласился дать мне развод, и теперь точно можно не надеяться на мирное решение вопроса.

Поднимаюсь с дивана, и шаркая ногами, плетусь в ванную одной из гостевых спален, где я стала ночевать после той злосчастной ночи. Я просто не могу спать в нашей с Фрэнком постели и мыться в душе, где было столько сладостных моментов близости.