Книга Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов, страница 71 – Ульяна Романова

Как просто было с Севой, когда он был маленьким, и как сложно стало сейчас, когда мой сын стал подростком. Почему никто не дает подробных инструкций, как одинокой женщине воспитывать мальчика, чтобы он вырос настоящим мужчиной? Наверное, если бы у меня были дочери, было бы намного проще просто потому, что я их понимала.

А мальчишки — это совершенно другой мир. Мужской мир, который я понимала с трудом. Наверное, стоило как-то подключить их отца, но Дэну сейчас не до нас, он развлекался где-то в горах.

Я часто задавалась вопросом, как мне выстроить доверительные отношения с мальчиками, чтобы они могли обратиться ко мне в любой ситуации. И видит бог, я старалась, но, кажется, в этом возрасте родители перестают быть авторитетами для собственных детей.

И может, Хасан прав и я должна быть жестче? Строже? Но я не могла. Мне казалось, что дети и так тяжело переживали изменения в нашей с ними жизни.

Боже, почему все стало так сложно?

Я медленно цедила остатки кофе, глядя на Арсения и пытаясь найти ответы в своей душе. Может, хотя бы она подскажет, как правильно?

Еще я очень волновалась, что Сева поссорился с лучшим другом. У него здесь и так друзей пока очень мало, а ссора с Ильясом может негативно сказаться на старшем сыне… А на него и так слишком много всего свалилось…

Всеволод не был против нашего переезда в мой родной город, ближе к бабушке. Наверное, если бы он отказался, я бы осталась там, где мы жили, и решала вопросы на два города.

Но это совершенно не означало, что ему было легко!

Я снова сделала глоток, когда заметила, что к нам идут Хасан и наши мальчишки. Все еще хмурые, но в драку уже не лезли.

Хамидзе решительно подошел к кассе, встал в очередь, купил им билеты, что-то отрывисто сказал и отправил мальчиков лазать, а сам подошел ко мне, недовольно сверкая глазами.

Но недовольство его относилось не ко мне. Я проследила за его взглядом и заметила мужчину, который в упор смотрел на меня и улыбался.

— Давно его тапкой в кому не вводили, — пробурчал Хасан.

— Как дела у мальчиков? — налетела я. — Что ты им сказал? Что случилось?

— Ничего не случилось, все путем. Просто Оливия дружила с обоими, — ворчал Хасан.

— И что? Что ты им сказал? Они помирились? — заволновалась я.

— Сказал, что пацанов на сись… Не меняют друганов на девчонок! — поправился Хасан.

— Надеюсь, не слово в слово? — обалдела я.

— Стервеллочка, — закатил он глаза, — может, ты расслабишься, а? У меня два родных брата, а двоюродных и троюродных я даже считать не буду. Думаешь, я не знаю, что пацанам сказать, когда они девчонку делят?

— Меня отсылать было необязательно!

— Ты — женщина!

— Я тебя сейчас покусаю, — предупредила я.

— Да я весь покусанный уже твоими клыками, дай прошлой порции яда подействовать, — хмыкнул Хасан.

И, видя, что я закипаю, объяснил:

— Я в ваши девчачьи дела не лезу. У вас, девчонок, приколов больше, чем у нас, но если я буду учить девчонку косички плести, то это будет как минимум странно. Так и ты не лезь к пацанам, у нас своя песочница и свои игрушки! У меня два младших брата, я эти конфликты на подлете гасить умею.

— Логично, но Сева…

— Мужик! Хоть и маленький! Я знаю, что я делаю. И не спорь!

— Я…

— Данелия!

— Они помирились или нет? — взорвалась я.

— Помирились, конечно, куда они денутся? — пожал плечами Хасан. — Отправил пар выпускать на самую сложную стенку.