Книга Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов, страница 88 – Ульяна Романова

А Хасан словно броню снял в тот день. Оставил на пороге свой костюм серьезности, став, наконец, собой. Он выпрямил спину и кокетливо повел плечами, в его глазах разливался покой и умиротворение. И еще что-то. Теплое такое, ласковое.

Я не удержалась. Встала со своего места, села ему на колени, а Хасан с готовностью меня обнял.

Я подняла руку, касаясь его щеки, и подумала, что у нас обоих есть раны, которые в тот день стали заживать. И каким бы нерушимым Хасан ни был в жизни, ему знакома боль потери. Да, он выстоял и не потерял себя, но чего ему это стоило?

Я же хотела помочь ему ее исцелить. Не забыть, а сделать так, чтобы не болело. И, кажется, у меня получалось. Потому что он улыбался. И глаза его горели, а тело было расслабленным.

В тот момент я поняла, что у нас все получится — не сразу, постепенно. Мы оба готовы были идти навстречу друг другу, а значит, у нас все будет хорошо. И мы обязательно научимся слышать и понимать друг друга.

Не знаю, сколько мы так сидели обнявшись. Так хорошо и спокойно мне не было очень давно, и я стремилась как можно дольше насладиться этим чувством. Напитаться им.

Хасан же словно прочитал мои мысли и никуда не торопился. Словно хотел того же, что и я. Побыть в этом моменте. Целоваться мы начали на кухне, медленно и лениво, а потом меня снова унесли в спальню и долго, медленно и тягуче доказывали, насколько я желанна…

Данелия

— Черновую работу в двух кабинетах мы почти закончили, все под покраску, как вы и просили, закончим и займемся коридором. Идем с опережением графика, — отчитывался Анатолий нам с Яной.

Мы с подругой счастливо переглядывались.

— Анатолий, вы чудо, — не удержалась Яна.

Прораб даже покраснел немного от такой искренней похвалы, опустил голову и забыл, что хотел сказать. Улыбнулся нам и пошел в один из кабинетов к своим парням.

Мы с подругой отошли к выходу и притормозили.

— Яна, ты роковая женщина, — прошептала я, — повелительница прорабов.

— Даже не знаю, плакать или радоваться, — иронично заметила подруга.

— Ну этот-то нормальный, да и внешне симпатичный. И не принц на белом коне. Я могу спросить у Хасана, не женат ли Анатолий.

— Сводница, — легко пихнула меня в бок подруга. — Как у вас с Хасаном? Как прошло знакомство с его родственниками? Как мальчишки приняли новость, что вы вместе?

— Мне кажется, они ее ждали, — призналась я, — старшие. Арсений расстроился, он надеялся, что мы с Дэном помиримся, ждал, что папа вернется, но Хасана он очень уважает и, думаю, со временем примет. Да и Дэн останется его отцом, что бы ни случилось, я точно не собираюсь ограничивать их общение.

— Дэн знает про Хасана?

— Нет, я ему пока ничего не говорила. Да и не до этого сейчас. Мы с Хасаном даем детям привыкнуть к мысли, что мы вместе, стараемся в любое свободное время куда-то выезжать всей семьей. Ильяс с Севой как будто даже рады. Хасан хочет съехаться через пару месяцев, предлагает арендовать большой дом, пока наш строится. И на Новый год мы вместе едем за город с мальчишками, Хасан арендовал дом на турбазе.

— А Сева с Дэном помирился?

— Нет, — огорчилась я, — не хочет он отца прощать, обижается, что тот нас всех бросил. Я пыталась с ним говорить, но с Севой сейчас сложно. Он закрывается и ничего не хочет слышать. Я между двух огней. С одной стороны Дэн, который почему-то искренне не понимает, почему сын не поддержал его идею пожить свободной от семьи жизнью, а с другой — Сева…