Книга Измена. Прощай навсегда, страница 20 – Шарлотта Эйзинбург

— Куда ты поедешь? — Витя сужает глаза.

— Туда где тебя нет, — жмурюсь. Витя сильнее сжимает моё предплечье, отчего по руке разносится жгучая боль.

— Ты останешься дома, — рычит муж.

— Мы с Лизой не будем жить с предателем.

Смотр на мужа и не узнаю его. Передо мной словно другой человек. Черты его лица заострены, ноздри раздуваются, глаза метают молнии. Внутренне сжимаюсь, боясь получить от мужа удар.

Он никогда меня не бил. Никогда мне не грубил и не вёл себя со мной недостойным образом. У нас были идеальные, доверительные отношения. В этом союзе я чувствовала себя легко и наполнено. И так было до сегодняшнегодня. До того как вся правда всплыла наружу…

— Отпусти меня, — говорю шёпотом.

Муж прожигает меня взглядом, слегка наклоняет голову, словно пытается прочесть мои мысли.

— Кто этот мужик, который привёз тебя домой?

— Старый знакомый. Он работает у тебя в больнице. Оказался вовремя и согласился помочь нам с дочерью, пока ты ублажал свою любовницу.

— Люда, мне не любовница, — отвечает муж и отпускает мою руку.

— А кто? Донор слюны?

— Очень смешно, милая, — вырывает у меня из рук сумку и кладёт назад в шкаф. — Я сделаю тебе чай. Успокоишься, поспишь и потом поговорим.

— Вить, я устала говорить, — вздыхаю. — Я всё сегодня видела своими глазами. И никакие твои словесные доводы не смогут стереть мне память. Я ужасно устала от всего этого! Просто дай мне уйти, или же переночуй у своей любовницы, сделай мне радость.

Витя хватает меня двумя руками и пытается соединить нас воедино с помощью прикосновений и объятий. Слепить наш развалившийся союз дырявым пластырем.

— Марусь, хорошо. Я тебе всё расскажу, как есть, — его голос полон тоски и разочарования.

— Вить, — вздыхаю и снова достаю сумку из шкафа. — Мне уже не интересно слушать твои оправдания.

По-хорошему нужно выслушать, весь тот бред, что он выдаст. Ожидаю услышать что-то вроде: ты вообще всё не так поняла. Я белый и пушистый сладкий мамин пирожочек, у которого лапки и который вообще не понимает, как так получилось, поэтому меня надо понять, простить, обнять и поцеловать.

Выслушать очередную порцию лжи, собрать вещи, одеть ребёнка и бежать отсюда со всех ног.

Потому что сердцем чувствую, что ни фига он не пирожочек и не лапки у него, а хер, который выпрыгнул из трусов и угодил в Людку. А может и не только в неё!

Такое вообще простить нельзя.

Кожа покрывается мурашками. По спине пробегает мороз.

— Люда болеет, — наконец-то выдаёт муж.

— Чем? — ухмыляюсь, а сама замираю.

— У неё эндометриоз в запущенной стадии.

В шоке поднимаю глаза на мужа и пытаюсь понять. Муж не мог уволить её из-за болезни? Но почему мне сразу ничего не сказал. Да, это личное дело Люды, кому говорить, а кому нет. Но мы ссорились, у меня чуть ли нервный срыв не случился, я была на грани подать на развод.

— Ты мог сразу мне сказать об этом, — шепчу.

Как бы я не относилась к измене мужа, но подобные новости про знакомых — это всегда очень страшно. Насколько знаю, эта болезнь, не смертельна, но имеет огромное количество неприятных последствий. Которые сильно ухудшают качество жизни человека. В такие моменты начинаешь пролистывать свою жизнь, думая, а правильно ли ты поступала до этого. И так ли важны все эти ссоры и скандалы, когда тебя в любой момент может одолеть болезнь.