Книга Тайная страсть генерального, страница 44 – Евгения Чащина

— Соображаю, дорогой.

Она ехидно улыбнулась и подалась вперёд, кончиком носа проехавшись по напряжённой скуле Алекса.

— Не играй со мной в глупые игры!

— А то что? Накажешь меня, как в прошлый раз?

— Говори, что хотела, и уходи.

— Да тут не о чем говорить. Просто посмотри.

В этот момент я вдруг осознаю, что в ушах начинает нарастать шум, а меня бросает в невыносимый жар. Кто-то так искусно смонтировал видео, что я вижу и ракурс спереди, и ракурс со стороны. На ноутбуке, с флешки, Марина очень ловко запускает видео. И первые же секунды вводят меня в полный ступор. Мир рушится. Все, что казалось реальным и прочным, вдруг становится зыбким, словно песок под ногами.

Инга

Первые секунды видео вызывают во мне неукротимую дрожь, словно внутри кто-то сжал сердце ледяной рукой. Я могла бы даже не смотреть — этот мерзкий, лживый ролик я пересмотрела от начала до конца не один проклятый десяток раз. Но сейчас мне интересна не сама запись, а реакция Алекса. И главное — то, как вокруг него извивается Марина.

Я и представить не могла, насколько откровенные и циничные у них отношения. Эта тихоня умудрилась сыграть роль роковой соблазнительницы с холодной грацией хищницы. Она то по-кошачьи гладит плечи напряжённого Алекса, то тяжёлой грудью нависает над его спиной и комментирует происходящее на экране. Её голос — низкий, бархатный, словно шёпот змеи.

— Слишком красноречивое видео, не находишь? — произносит она с ленивой усмешкой. — Как думаешь, чем они там занимались?

Её взгляд, острый как бритва, скользит по лицу Алекса, будто проверяя, когда он сорвётся.

Алекс словно окаменел. Но я вижу его кулак, судорожно сжимающий ручку. Костяшки побелели, будто кожа не выдержала внутреннего давления ярости. Иногда он останавливает видео, перематывает назад дрожащим пальцем, будто пытаясь опровергнуть очевидное. И молчит. Молчание становится оглушающим — оно гремит громче, чем если бы он закричал.

— Времени было предостаточно, чтобы согрешить, — протягивает Марина ядовито.

— Дверь закрой! — рявкает Алекс. Его голос прорезает воздух, как выстрел. Он нервно ударяет по клавишам ноутбука, обрывая поток кадров.

Марина торжественно улыбается и слишком поспешно выполняет приказ. В каждом её движении читается удовольствие от того, что она контролирует ситуацию.

— И откуда у тебя этот позорный опус?! — резко бросает Алекс.

В одно мгновение он оказывается рядом, прижимает Марину к стене и сжимает её горло. Движение — молниеносное, почти беззвучное, но в нём столько силы, что по коже пробегает холод. Его глаза полыхают животным гневом.

— Пришло на твою почту, котик, — хрипло усмехается она. — Кто-то очень хочет открыть тебе глаза. Интересно, кто это — она… или он?

— Ты врёшь! Я проверял почту перед твоим приходом! — рычит Алекс, едва сдерживая себя.

— Проверял, говоришь? — Марина хищно усмехается. — Знаешь, иногда папка «Спам» оказывается весьма содержательной. Не веришь — проверь!

Она резкосбивает его руку и отталкивает. И, как ни странно, он действительно бросается к компьютеру и начинает лихорадочно проверять почту.

— Я не знал, что она приходила! Я ничего не знал! — рык Алекса разрывает тишину. Он резко откатывается на кресле к окну.

— Видимо, было что скрывать, — с издёвкой замечает Марина.