Книга Тайная страсть генерального, страница 77 – Евгения Чащина

— Объявляю вас мужем и женой! — выдохнула регистратор с облегчением.

— Горько! — гаркнул Михаил так, что я вздрогнула, а с ближайшей ёлки, кажется, упала шишка.

Вечер был в разгаре. Димка уже успел станцевать лезгинку с моей тётушкой из Саратова — это было зрелище не для слабонервных. Маша, утомленная обязанностями цветочницы, уснула на диване в обнимку с моим букетом.

Мы с Владимиром сидели за главным столом, немного в стороне от шума. Он держал руку на моем животе, поглаживая его большим пальцем.

— Устала? — спросил он заботливо, заметив, как я прикрыла глаза.

— Немного. Но это приятная усталость, — честно ответила я. — Ты видел, как папа танцевал с мамой Димки? Я думала, он тростью кого-нибудь покалечит, а он выписывал такие па!

К столу подошёл Михаил. Вид у нашего начальника охраны был слегка потрепанный, галстук сбился набок, но лицо оставалось серьезным.

— Владимир Иванович, доклад по безопасности. Периметр чист. Журналистов отогнали. Но есть проблема.

— Какая? — тут же напрягся Громов, включая«режим босса».

— Торт. Маша проснулась пять минут назад и откусила голову фигурке жениха. Теперь вы на торте безголовый.

Я не выдержала и прыснула в кулак. Владимир посмотрел на Михаила, потом на меня и рассмеялся — легко и свободно, так, как смеются только по-настоящему счастливые люди.

— Ничего, Миша. Голова мне сегодня не нужна. Сегодня я живу сердцем.

Он встал и подал мне руку.

— Пойдём? У нас первый танец.

— А как же безголовый жених? — хихикнула я.

— А мы съедим его первым, чтобы не позориться.

Мы вышли в центр зала под медленную музыку. Владимир обнял меня — свою жену, свою бывшую подчиненную, свою главную тайную страсть, ставшую явным счастьем. Я положила голову ему на плечо.

— Знаешь, — шепнула я ему на ухо. — Кажется, наш сын только что пнул меня. Ему нравится музыка.

— Сын? — Владимир улыбнулся, прижимая меня крепче. — А если там дочь?

— Тогда она танцует.

И в этот момент, кружась в танце под аплодисменты гостей, я чувствовала, как Владимир Громов, человек из стали и бетона, тает в моих руках. И я точно знала: он самый богатый человек на земле. И курс валют тут совершенно ни при чем.

Инга

На террасе загородного дома Громовых пахло жареным мясом, свежестью и счастьем.

Здесь кипела битва. Битва полов, битва амбиций и, конечно же, битва за степень прожарки стейков.

— Володя, я тебя умоляю, не убей эту корову во второй раз! — голос Алины перекрывал шипение гриля. Она стояла, уперев руки в бока, и напоминала модного генерала на поле боя. — Если стейки будут сухими, я напишу жалобу!

— Не мешай мастеру, женщина, — лениво отозвался Димка, муж Алины. Он сидел в плетёном кресле с бокалом лимонада, вытянув длинные ноги, и наслаждался редким моментом покоя, пока его жена воспитывала кого-то другого. — Володя знает, что делает. У них, у олигархов, чуть что не так — сразу санкции.

Владимир, стоя у гриля в фартуке «The Boss» (подарок моего отца), лишь снисходительно усмехнулся.

— Дима прав. Алина, я управляю холдингом. Неужели ты думаешь, что я не справлюсь с мясом?

— С холдингом проще, там у тебя юристы есть, — фыркнула Алина, но переключилась на свою дочку. — Маша! Не лезь к дедушке в колеса!

Очаровательная Маша, точная копия Алины, только в розовом сарафане и с двумя смешными хвостиками, пыталась прикрутить к инвалидному креслу моего отца какой-то бант.