Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 140 – Дора Шабанн

Вот она — идеальная для меня спальня.

В свете ночника я зачарованно созерцала окружающее пространство, затаив дыхание.

Нежно-сиреневые стены и тюль на окне; огромная белоснежная кровать с мягким изголовьем, двумя прикроватными тумбочками и кушеткой в изножье; фиолетовые: кресло, ковер и плотные шторы; во всю стену белый шкаф купе с зеркальными вставками.

Детский уголок в нише: кроватка с мобилем и видео-няней, комод с пеленальным столиком, весами и ночником.

Так разумно, удобно, здорово.

Идеально.

Сходив в примыкающий к спальне санузел, вернулась довольная и спокойная. Выпила воды, которую кто-то заботливый оставил на тумбочке. А потом только-только собралась гнездиться в подушках вновь, как дверь тихо открылась.

Подняла глаза, да так и застыла.

Он стоял в дверном проеме, высокий, мощный, в распахнутом халате и боксерах. Босой, лохматый и невозможно домашний. Милый. Мой.

Нужный. Важный. Желанный.

— Ты в порядке? Я услышал…

Всхлипнула от бурлящих внутри противоречивых эмоций и желаний: подскочить, броситься на шею и зацеловать или забиться в уголок и ждать, пока он меня оттуда выманит или вытащит.

Ох уж эти беременные гормоны. И вся я такая противоречивая… плакса…

Заметив слезы, Андрей оказался около меня почти мгновенно:

— Норна моя, что? Болит? Скорую?

А меня хватило лишь отрицательно помотать головой и, обхватив его за плечи, уткнуться лицом в шею и заплакать.

— Тише-тише, любимая. Моя девочка. Я здесь. Скажи — все сделаю, — он привычно подхватил меня на руки, опустился на край кровати, укутал нас в одеяло и начал тихонько укачивать.

А мне вдруг почему-то стало так хорошо.

— Люблю тебя, — пробормотала в мощное, надежное плечо и провалилась в теплый, легкий и нежный сон, полный всяких девочковых восторгов и радостей.

Все серьезные разговоры и важные решения — завтра.

«Просто подари мне один только взгляд

И волшебный свой поцелуй подари…»

А. Алексин «Просто подари»

Восхитительная теплая осень. Фантастический, сказочный октябрь. Золотая, тихая пора пришла и озарила город на Неве своим волшебством и нежным убранством.

Эко меня переклинило, однако.

Это все гормоны, ей-ей. И Фасолькины, и ее папеньки, не иначе.

Жизнь моя сейчас была прекрасна, я — счастлива, мои близкие тоже. Во-первых, потому что я не грызла им мозг, да. Во-вторых, потому, что каждый был занят своим делом: я работала, Кир учился, Андрей совмещал.

Согласовав мое расписание на кафедре, показав его Андрею и договорившись с Кириллом, мы как-то все ж таки сошлись во мнениях.

Андрей отвозил нас: меня на работу, Кира на учебу, а потом ехал заниматься своим новым клубом. Обратно я либо приезжала на метро, потому что оно имелось в наличии и у работы, и у дома, либо Андрей приезжал за нами, если успевал завершить свои дела к тому моменту, когда я выходила из Университета.

Сын мой был мальчик самостоятельный и возвращался домой сам, но, спасибо ему, обязательно заходил к нам на ужин. Мне так было спокойнее.

Октябрь шел или летел, а может быть, полз — не знаю. У меня все было хорошо, я была занята интересным делом, дочь росла и не капризничала, Кир радовал, Андрей — баловал.

Мальчики взяли на себя готовку, потому что Фасолька сильно бунтовала, стоило мне лишь встать к плите, я же, в свою очередь, периодически их баловала, заказывая еду в любимых ресторанах.