Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 71 – Дора Шабанн

— У меня, естественно, есть предположения. Одно другого хлеще. Первое: Олег решил вести праздную жизнь, прихватил часть денег своегохолдинга и уехал отдыхать, понимая, что потонуть его детищу я не дам, ибо оно и твое тоже. Второе: он где-то перешел дорогу покровителям Зуева и дернул за границу, бросив нас с невывозимыми проектами. Тут у нас выбор небольшой — отдать все имущество: дом и твои акции в уплату неустойки. Третье: комбинация первых двух.

Кирилл Олегович выдохнул, ругнулся и принялся соображать:

— Типа он потусит на островах, пока ты разрулишь проблемы холдинга? Или, если не удастся, просто расплатишься нашей долей?

— Как-то так.

— Говорю же — козлина, — Кир пересел ко мне на диван и уткнулся носом в плечо, как привык с детства. — Мам, чего будем делать?

Погладила лохматую макушку и предложила:

— Спать пойдем. Утро вечера мудренее. Ты завтра в Институт, а я пойду послушаю, что мне Сергей Сергеевич предложит. Не поверю, что у него нет плана и идей. А исходя из них, станет понятно — ради чего он тут: топит фирму, отжимает или хочет получать прибыль с акций.

Сын поворчал, но про важность образования мой длительный нудеж еще помнил, поэтому план принял.

На том и порешили.

Утром по дороге в офис, Андрей уточнил:

— Вам еще нужны занятия в зале?

Ой-ой-ой.

Михаил Борисович же настаивает не только на умственной, но еще и на двигательной активности. А я ужасно не хочу. Мне просто невыносимо… лень.

Еще же лекции в Институте со следующей недели начнутся, ночью Всеволод Кириллович расписание прислал.

— Скажу честно: я сильно не в настроении и ужасно занята, но не уважить Михаила Борисовича тоже не могу. Поэтому, вероятно, нуждаюсь для начала в совете, — поглядела на уверенно ведущего мою машину парня.

Тишина.

Шик. Блеск. Красота.

Посопела, потом вспомнила, кто здесь взрослая и адекватная (со справкой!) женщина, поэтому приступила к пояснениям:

— У меня три дня лекций в Институте, с девяти утра до полудня, полная загрузка в офисе все рабочие дни. Возможно, из-за лекций на неделе, придется работать по субботам, чтобы все успеть. Как сюда можно добавить еще и физическую активность, я не представляю. Но выписка от врача с рекомендациями у меня есть.

— Хорошо. Выписку мне, как личному тренеру. За обедом обсудим план и график тренировок.

Потрясающе. Кратко, доходчиво.

Хорошо же, будем посмотреть, что там за предложения о том, как впихнутьневпихуемое в 24 часа.

В восемь тридцать ко мне в кабинет прибыл Зуев:

— Нонна Аркадьевна, утро доброе. Приглашаю испить кофейку и обсудить приватно результаты ваших изысканий.

Ох, ну, штош. Не надышишься все равно же, так чего тянуть?

— Условно доброе. Пойдемте, Сергей Сергеевич, обсудим дела наши скорбные.

Кризисный управляющий заржал и прошел в кофейный уголок нашей с сыном приемной.

Кстати, утром мой сознательный и очень ответственный ребенок заявил:

— После лекций приеду в офис. У меня вчера там по бумагам возникла пара вопросов к ай-ти-шникам и бабушке Адель.

Умилилась.

Моя ж ты деловая прелесть. Бизнесмен растет.

Машенька из царства Адель Варисовны, очень тихая барышня, моя новая личная помощница, принялась варить кофе.

— Разрешите, — Андрей подошел к кофемашине, держа в руках только что вымытую чашку.

И спокойно сварил мне капучино, пока мы с Марией хлопали глазами, а Сергей Сергеевич ухмылялся: