Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 118 – Дора Шабанн

— Марго, что ты, нет, не надо, любимая…

О, отлично, язык у него начинает заплетаться, а мысли — путаться. И диван внезапно оказывается удобный.

— Отчего же не надо? Если мне очень, — поцелуй, — очень, — еще один, — хочется.

Хриплый стон и непечатное ругательство.

Чудесно.

Продолжим.

Уронила Влада на диван спиной.

Я не фанат леденцов, но кое-что из теории помню.

Влад подтянулся до боковой диванной подушки, улегся удобнее.

А потом принялся увещевать:

— Достаточно, милая, пожалуйста, хватит…

Как это хватит? Нет, я желаю лицезреть.

— Марго, я не удержусь. Слишком хочу…

Ну, наконец-то все, как и должно было быть.

Еще раз облизнуть всю эту прелесть. Да, повезло мне, вот это чувствительность.

Сплошной восторг. А если вот тут погладить, а здесь слегка сдавить?

О, как, однако.

Молодой возлюбленный, чем прекрасен: все ярко и быстро. И я не устала, и результат, хм, практически на лицо.

Ладно, не будем смущать юношу, сбежим в душ.

Там он меня и настиг. Спасибо, успела умыться и руки ополоснуть. Не настолько я еще раскрепощенная. Ну, все же впереди? Или что?

— Ты же мое сокровище. Хулиганка. За что ты так со мной? Чуть не умер ведь от счастья. Марочка моя любимая, я же о тебе, как безумный мечтал столько времени. И тут ты вся. Мне. Я боялся утром глаза открыть, знаешь?

Влад снова старательно мыл меня целиком и шептал:

— Ты сонная, моя милая, и такая сексуальная. Девочка моя. О, и так шикарно краснеешь.

Мог бы промолчать. Стыд-то пока еще со мной. Видимо, я уже начинаю багроветь, потому что этот нахал хихикает и старательно меня наглаживает. В разных местах.

Так, не отвлекаемся. У меня же дело там.

Было.

Да.

— Влад, ты меня так и не услышал? Или не понял?

— Все я понял, все услышал. Не о том ты переживаешь, мой цветочек.

— Какой, на фиг, цветочек, ежки-плошки?

— Самый дивный цветочек мой — маргаритка. Я же не просто тебя замуж зазвал, я же и с Русом уже договорился. Так что сын у нас с тобой есть,а там… — Влад нежно поцеловал, завернул в очередное полотенце и вынес из ванной комнаты. — Давай поженимся и с диссертациями сначала разберемся, а?

Всю глубину моего изумления может слегка передать Марианская впадина:

— Алло, я не просто не молодею, я, откровенно говоря, старею уже! Докторская — это еще лет пять минимум, ты в своем уме?

Влад тяжело вздыхает, устраивается на диване, утаскивает меня на колени и укутывает в плед поверх полотенца.

Заботливый, м-м-м.

— Милая, я, как ты понимаешь, не три года назад появился из яйца перед встречей с тобой…

— Это ясно. Непонятно, к чему мне напоминать, что ты двадцать семь лет прожил где-то без меня? — Рита, это что это? Какие нелепые претензии к мужику, который готов носить тебя на руках и, вроде как, дотащить-таки до ЗАГСа?

— В моей жизни есть тайны. Старые, неприятные, неудобные, больные. И я надеюсь, что за пять лет ты ко мне привыкнешь, начнешь доверять и, может быть, испытывать теплые чувства. Поэтому после того, как их узнаешь — не пошлешь, а останешься со мной. В этом случае мы справимся со всем и все преодолеем. Вот тогда мы и обсудим то, что тебя так беспокоит. А сейчас, просто поверь мне, — у нас нет непреодолимых препятствий для того, чтобы быть вместе, любовь моя.

Охр… ё, да что ж-ж-ж, эм-м-м.

Да, где же вы, мое красноречие и адекватное восприятие реальности?