Книга Двадцать капель зелья и один инквизитор, страница 10 – Светлана Нарватова

— У меня чуть разрыв сердца не случился! — обернулась я, хватаясь за грудь. К счастью, пустой рукой.

— Не переживайте, у меня большой опыт в оказании первой медицинской помощи. — Похоже, инквизитор взял себя в руки.

— Боюсь, она могла бы стать последней…

Мне нужно последовать его примеру.

— Сильно боитесь? — улыбнулся ньор Риччи, обнаруживая обаятельную улыбку.

— Вот! — я сунула ему в руку свою ледяную, липкую от холодного пота и трясущуюся ладонь.

— Нежели я такой страшный? — инквизитор, кажется, расстроился и растерянно поглаживал мои пальцы.

Срочно антидот! Обоим!

— Нет, вы очень красивый! Я никогда таких красивых мужчин не видела, особенно инквизиторов.

— Вы же говорили, что я у вас первый, — и Риччи снова улыбнулся.

Он, в смысле, шутит?

Я не смогла подобрать подходящий ответ, забрала руку и пошла в лабораторию. Выложив книгу с рецептурами, я поспешила, чтобы довести до конца очень важное и срочное дело. Флакончик зелья я вынула из кармана по дороге и сжимала его в твёрдой решимости прямо сразу вылить в чайник. Весь.

— Прошу прощения, — меня снова прервал голос инквизитора, и я с трудом сдержалась, чтобы не выругаться в полный голос. — А где у вас весы?

Где у меня весы? В спальне, наверное!

— На столе, конечно.

Я с той же решимостью направилась в лабораторию, ткнуть инквизитора в них носом, чтобы не мешал мне с глупыми вопросами.

Весов на месте не оказалось.

Не оказалось их и под столом, и вообще в лаборатории.

— Так где же ваши весы? — с чуть различимой угрозой в голосе поинтересовался ньор Риччи.

— Наверное, Огонёк утащил, — предположила я и пошла их искать.

Инквизитор неотступно следовал за мной по комнатам.

Весы действительно обнаружились в спальне. На полу. Возле наскоро заправленной кровати. Я наклонилась за ними и подала ньору Риччи, сгорая от неловкости.

Он, впрочем, тоже был красный, как шиповник за окном.

— Благодарю вас, — инквизиторприжал весы к груди.

— Не меня. Огонька, — пробормотала я и поспешила на кухню.

Демонов пузырёк жёг мне руку не меньше, чем стыд — щёки. Я была в спальне наедине с неженатым мужчиной!

Красивым неженатым мужчиной.

В кухне я встала так, чтобы видеть входную дверь, но чтобы вошедшему мою руку с зельем видно не было, и быстро выплеснула содержимое.

Фух!

Отёрла пот со лба… и заорала!

Паршивец Огонёк снова прыгнул мне на спину, где шевелились кисти платка. Я неловко развернулась, пытаясь его схватить. Заварник слетел со стола.

…Он летел, летел, пока не разлетелся, разбивая на осколки мои надежды.

— Что у вас опять случилось⁈ — в кухню вбежал ньор Риччи.

— Ничего, — печально вздохнула я. — Я просто разбила чайник. И поймала Огонька.

Я повернулась спиной.

— Вы его или он вас? — хохотнул инквизитор, снимая котика с меня.

Когда я обернулась, он держал Огонька за шкирку. Тот втянул голову в плечи, зажмурил глаза и прижал уши от ужаса. Но ньор Риччи прижал его к своей груди и погладил.

А я бы точно прибила.

— Это уже неважно, — вздохнула я. — Простите, я замету осколки.

— Да-да, конечно. Думаю, сегодня у нас с чаем не заладилось.

И не только с чаем. Просто вы, ньор Риччи, пока не понимаете, насколько.

Ньоритта Кавалли была столь мила в своём смущении и неловкости, что сложно было остаться к ней безучастным. И эта её откровенная девичья симпатия… Ибо чем ещё можно объяснить эти комплименты, вопросы, касания?