Книга Двадцать капель зелья и один инквизитор, страница 12 – Светлана Нарватова

В душе моей ещё теплилась надежда, что беда минует. Не то чтобы Габриэль Риччи был мне отвратителен. Даже наоборот. Но отныне будущее моё будет висеть на волоске. Волоске его проницательности или доверчивости, ядрён-макарон.

Я снова бросила взгляд на Огонька. Тот безмятежно спал на кровати, положив голову на лапки, весь такой пуси-пуси… Прямо такой маленький зайчик с пушистым хвостиком, что хоть затискай. Как можно было такого бросить? Даже с учётом того, в какую историю он меня вляпал.

Так!

Нужно брать пример с Огонька. Не отчаиваться и не биться в истерике от страха, а лечь и поспать. А с утра почитать, что ещё можно сделать, чтобы избавить инквизитора от этой напасти, а себя — от инквизитора.

С самого утра я засела в «Ведьмовские прописи» — многоканальный информационный артефакт — и выложила там анонимный вопрос. Понятно, что я не стала рассказывать все нюансы. Я же не дура. Просто неудачница. Поэтому спросила, что делать, если тебя напоили приворотным зельем, а тебе это не надо. Я потратила с час на ответы типа «Да, мне действительно это не надо» и «Нет, сделать кого-то счастливым не входит число моих жизненных приоритетов», зато узнала, как проявляются симптомы зелья. Потому что третьим по частоте был вопрос: «А ты точно его выпила?» с уточнениями. Теперь я знала, что ждало бедного ньора Риччи.

Нет, в целом его самочувствие не должно было пострадать. Напротив, на первом этапе потерпевший должен был испытывать прилив сил, бодрость и эмоциональный подъём. Но его быстро сменял период страданий, душевных и телесных. И даже в том случае, если объектотвечал на приворот взаимностью, страданий всё равно было не избежать. И только на третьей стадии, если жертва получала всё внимание, в котором нуждалась, в тех формах, в которых требовалось, наступало временное затишье и общее удовлетворение. В противном случае привороженный продолжал страдать, только глубже, чаще и сильнее.

Вот же я змеюка какая!

Там же, в «Прописях», добрые ведьмы подсказали мне народный способ борьбы с этой магической напастью. Жертве нужно на первом же этапе переспать с тем, к кому её приворожили.

Я переспросила: а точно помогает?

Мне ответили: гарантии, что поможет, нет. Но так всегда с народными методами. Как повезёт. Но так как обычно не везёт, то помогает. Я на всякий случай уточнила: повезёт мне или ему? На что мне сказали, что ему-то повезёт в любом случае. Если я не очень страшная. А поможет или нет, я так и не поняла. Можно было, конечно, признаться, что я всех обманула, и последние пару часов «Прописи» кипели, обсуждая исключительно гипотетическую ситуацию. Но в приличном обществе за такое можно схлопотать пожизненный бан. В неприличном — ещё и пару проклятий сверху.

Но, главное, у меня теперь была цель.

Если только я не ошиблась. А если ошиблась, у меня был план расслабиться.

Но ему не суждено было сбыться.

Потому что ближе к обеду ко мне всё же заявился инквизитор, сжимая в руках новый заварник.

Теоретически элементарная задача выбрать чайник для ньоритты Кавалли оказалась почти непосильной на практике. Я хотел непременно, чтобы чайник был с котиком. И теперь стоял и пялился заварники в идиотской попытке выбрать тот, который больше всего понравится его будущей хозяйке. Сомневаюсь, что сама ньоритта мучилась бы с выбором столько, сколько я.