Онлайн книга «Няня для бывшего»
|
Тот день был пасмурным, но непривычно теплым для марта. Март и апрель, пожалуй, самые мрачные, сложные месяцы в году. Снег почти сошел, оголив еще не успевшую проснуться после зимы землю. В шикарном поместье Каримовых она была покрыта идеально ровным газоном, сумевшим перенести зимовку, но пока радовавшим глаз только бледно-зеленой слабостью своих еще спящих травинок. — Смотри, Артурчик, — сказала я мальчику, ковыряющему уже вторую минуту подряд пенек у дорожки, — под этим пеньком, возможно, спаленка какого-то жучка, который ждет, когда закончится зима. Мальчик поднял на меня глаза с интересом. Да, сомнений в том, что Артур слышал, что ему говорят, не было. Правда, никогда не выполнял то, что его просят. Это, конечно, очень сильно смущало педиатров. Но я по практике знала, такое бывает. Нужно только работать… Мальчик отвлекся от меня, резко вскинув взгляд на дом. Я автоматически повернулась за ним и почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. К нам на встречу шел Амир. Сегодня он был одет в неформальное- темно-зеленый свитер под болоньевой курткой в тон, темные джинсы. Неизменная щетина на щеках. Неизменно шикарный. Я только и успеваю охнуть, когда вижу, как мальчик резко подрывается к отцу и бесшумно, ничего не говоря, повисает у него на шее, тут же им подхваченный. Амир целует малыша и подходит ко мне, нервно теребящую застывшую в руках палочку, которую мы нашли с Артуром и я предложила ему забрать ее домой, чтобысделать из нее поделку. Это наша первая встреча с того момента, как мы поговорили в кафе. Так получилось, что с того дня мы ни разу не пересекались. И я даже боялась анализировать, почему… То ли его вечно здесь не было, то ли он преднамеренно избегал наших встреч… Лучше мне вообще об этом не думать. — Здравствуй, Маша, — сказал он, подходя, с мальчиком на руках, — как дела? — Работаем, — ответила, подавляя робость в голосе. Первый порыв- опустить глаза в пол. Его пытливый цепкий взгляд всегда на меня так действовал. Я всегда робела перед Амиром. Ему это нравилось. Его это даже заводило. А может он просто принимал это как данность… — Освоилась на новом месте? Всё устраивает? — Да, спасибо, всё хорошо… Он молча кивает. — Я был неделю в командировке, сегодня дома. Соскучился по сыну. Хочу провести с ним побольше времени. Не хочу, чтобы это тебе помешало. Я нервно сглатываю. Внутри все встрепенулось и мечется в состоянии панического броуновского движения. Не хочу его присутствия… Не нужно мне сейчас этого смятения… — У нас есть график занятий… Мальчик маленький, за раз я гружу его не более пятнадцати минут, с часовыми перерывами, но они ритмичны… — начинаю я нелепо лепетать подобие отмазок. Амир кивает. — Да-да, я все понимаю. И мне бы очень хотелось посмотреть за процессом. Пожалуйста, я и так катастрофически не добираю в общении с сыном из-за чертовой работы… Его «пожалуйста» звучит анахронично и неуместно. И что-то внутри царапает. Мне ничего не остается, как согласиться. Как минимум потому, что он платит мне деньги и имеет право посмотреть на работу своего персонала, я ведь персонал. И речь о его сыне, любимом. Ради которого он готов вырвать сердце… Артур весело машет ножками, намекая, что его надо спустить на землю, а когда там оказывается, резво убегает, заливисто смеясь. |