Онлайн книга «Красота в глазах смотрящего»
|
На душе вдруг стало тоскливо, а в носу неприятно защипало. Опять аллергия разыгралась — не стоило так долго сидеть над старыми изданиями. Порывшись в сумке, достала спасительное лекарство, закапала в нос и вышла на улицу. На ходу подняла к слезящимся глазам телефон, который до сих пор сжимала в руке, и открыла галерею с фотографиями. Вот он, злосчастный дизайн-проект. Когда уже можно будет перелистнуть эту жизненную страницу, точно изображение на экране? Раз — и палец скользнул, разворачивая перед глазами стену с постерами, не дающую вздохнуть свободно, как кость в горле. Не будь ее — все переработки и споры с заказчиком ушли бы в прошлое, а дни перестали бы напоминать череду ожиданий, практически застлавшую собой то время, которое мы с Лешей проводили вдвоем. Раньше в памяти моего телефона нередко встречались наши лица: на прогулке, дома или в гостях у друзей. Теперь же здесь хранились рабочие материалы, названия книг, моменты с выставок, снова книги и… Я замерла, напоровшись на фотографию, сделанную тут, в музее, но резко выбивающуюся из общего ряда. Розовый кончик языка, взятый крупным планом, слизывал сладкую каплю с миниатюрного яблочка. Глядя на снимок, я с трудом сглотнула ставшую вязкой слюну и резким движением протерла слезящиеся глаза. Картинка не изменилась, оставаясь такой же порочной и вместе с тем притягательной. И в соблазнительном лакомстве, и в перемазанных подтаявшим красным кремом пальцах, и в блеске отчего-то припухших губ — в одном этом кадре грехопадения было больше, чем во всем творчестве Босха. Возможно, потому, что в модели я видела не собирательный женский образ, а именно себя: свои губы, свои пальцы, свой язык, будто прильнувший к запретному плоду и изогнувшийся от полученного наслаждения. Видела — и не верила собственной распущенности, застигнутой врасплох совершенно посторонним мужчиной. Я ведь правда просто ела пирожное в музейном кафе! Так? Так. Точно помню, чтоне кокетничала, не пыталась смутить или обольстить… Как же вышло, что получившаяся фотография вдруг стала воплощением сладострастия? Или дело вовсе не во мне, а в том, кто эту фотографию создал? Стоя на светофоре перед пешеходным переходом, я перевела взгляд с экрана телефона на его чехол с двумя отделениями для карточек. Из-за проездного выглядывал край визитки — белый, ничем не примечательный прямоугольник, с телефоном и адресом студии. Какие-нибудь менеджеры раздают их, наверное, сотнями, но ассоциировать нечто подобное с экспрессивным фотографом не получалось. Он ведь мастер своего дела. И предлагал помощь. Так что мне мешает принять предложение? Конечно, выдвинутые условия по меньшей мере странные, но то наверняка было шуткой. В конце концов, существует заказчик, который в случае успеха готов заплатить большие деньги, — более чем достойная альтернатива трем сомнительным свиданиям. Да, уверена, Никита без сомнений согласится на такую замену. Светофор настойчиво запищал, подмигивая зеленым человечком. Спохватившись, я быстро перешла дорогу, свернула за угол и в растерянности остановилась. Вдалеке, рядом с моим домом, рабочие чинили фонарь, уже давно раздражающий беспрерывным морганием по вечерам. Странно, но такая бытовая, ничем не выдающаяся зарисовка показалась неожиданно важной: вместо того чтобы ждать, не нужно ли самой наладить барахлящую жизнь? Можно долго ходить вокруг сломанного фонаря, ругаться и жаловаться, но он не заработает, пока кто-то не возьмет лестницу и не поменяет перегоревшую лампочку. От этой мысли сердце забилось чаще, уже догадываясь, какую невероятную глупость я намерена совершить. |