Онлайн книга «Третья леди Аргайла»
|
И взор, полный такой ярой ненависти, вонзился в Кэт, минуя Аргайла, что графиня отшатнулась, как от удара ножом. Но взгляд — не нож, достал её все равно. Кэт смотрела, смотрела, смотрела снова… И одно к одному складывалось в ее памяти, всплывая: и мнимая простота Мораг, то, как она позволила ей пойти к собакам, несмотря на прямой запрет графа, и ее уговоры уступить Арчи, и… Вот откуда был ключ у пасынка, потому Мораг и не было на празднике ночью, что она уже шмыгнула доносить золовке! Она и дала-то Арчи, небось, со злости на то, что не может заполучить снова старшего Кемпбелла. Какая гадюка, думала Кэтрин, и как рядом была… А та гадюка говорила — громко, отчетливо, ни капельки не стыдясь: — А разорвали бы собаки ее — так что ж… Туда и дорога. Ты бы себе и четвертую нашел, не так ли? Какая! Она сейчас устраивает семейную сцену ее мужу — вместо суда! — ошеломленно думала Кэт, при всем-то честном народе! — Тебе-то что за дело? — отвечал судья. И поднялся, принимая вызов, и встал в полный рост. — Зачем ты пыталась извести мою жену? Говори, пусть люди послушают. — Потому что явилась, куда не просили, и принялась наводить свои порядки. И ключи ей подавай, и на слово не верит, и не слушает ничего, что ей ни говори, только молиться заставляет своему богу. Только книги и знает, да картинки зловредные. Я ненавижу ее. — Почему ее, ни одну из других моих жен ты ведь извести не пыталась? Зачем он выясняет, думала Кэт, все ведь уже понятно. Хотя… если двое жен умерло, можно бы и выяснить, да, естественные ли то были смерти. Но, похоже, ее собственная казнь понемногу откладывалась. Беспокоило — и очень — только отсутствие Арчи. Что с ним, где он? Даже думать про то было страшно. Мораг усмехнулась: — То были благородные леди, никуда, как им полагается, нос не совали, не чета этой оборванке, островной побирушке, дочери вора и разбойника! И Кэт, до сей поры бывшая как в тумане от резкой перемены в жизни, тут уже не выдержала: — Что ты сказала⁈ — Ша, женщины. Жена, тебе не к лицу спорить с ключницей. А ты… до чего ж ты забыла свое место, Мораг. — Мое место рядом с тобой. Здесь, в Ущелье. Мы прожили жизнь, прилепившись тело к телу, Аргайл, мимо всех твоих жен и шлюх, а теперь ты гонишь меня, потому что я прищемила нос маленькой островной крыске? Ты никого не любил, пока не пришла она, чертовка с крестом! Она околдовала тебя… ты сдаешься бабе, Аргайл! Ухмылка на лицо верховного судьи Шотландии пала непередаваемая. — Не станет тебе с ней удачи… А теперь убивай. Теперь ты знаешь, зачем я сделала это. — По бабской дурости ты сделала это. И неутоленному передку. Эй, там! Чтоб духу ее не было здесь до сумерек! В Ущелье больше тебе не место, Мораг. — Прогоняешь? Лучше убей. — Не я, Мораг. Ты родила мне сына — не мне тебя убивать. Не попадайся мне на глаза. Мораг увели, а Кэт осталась в ужасе и растерянности, потому что бездна, оказывается, скрывалась у нее под ногами в этом клятом Ущелье, которое ей почему-то дом — и бежать из него некуда. А очень, очень хотелось. Муж подал руку, стоя на помосте, но ноги отказали, тогда вздохнул и подхватил на руки, понес в ее покои. Протискиваясь по винтовой лестнице, поставил на ступени, придерживал перед собой, перед самой дверью уже буркнул куда-то в макушку: |