Книга Код Кентавра, страница 66 – Даниэль Кирштейн

— Я… я не та, кем вы меня считаете, сэр, — начала она почти шепотом, сама не веря своей смелости. — Мое имя Лина. Я с планеты… которую вы называете Терра. Земля. Я попала сюда случайно, через… артефакт. Ваша система опознала меня как Каэлу Рин, но я ее не знаю. Я ничего не знаю о Дельте-7,о Корвусе, о ее прошлом. Но я знаю, что кто-то проводил здесь опасные эксперименты… «Проект Химера»… связанные с пси-способностями и… терранским генофондом. И, кажется, у меня… у меня есть эти способности. Те, которых не было у Каэлы. И поэтому… поэтому на меня охотятся.

Она выпалила это на одном дыхании, ожидая его реакции — недоверия, гнева, приказа арестовать ее.

Кайден слушал ее молча, не перебивая, его лицо оставалось непроницаемым, но взгляд стал еще напряженнее. Когда она закончила, он не ответил сразу. Он снова отвернулся к стене, провел рукой по волосам — жест, выдающий глубокую задумчивость или смятение.

— Терра… — произнес он наконец, и в этом слове слышалось эхо чего-то древнего, почти забытого. — «Проект Химера»… Значит, вы знаете. Или догадываетесь. Это… все усложняет. И делает вас еще более ценной мишенью.

Он снова посмотрел на нее. В его глазах не было недоверия. Скорее… мрачное подтверждение ее слов. Он знал. Он знал о проекте, о терранской линии, возможно, даже о «Нулевом Камне».

— Ваша сила… та, что проявилась в пси-зале? Та, что открыла заклинивший люк сегодня?

Лина кивнула, не в силах говорить.

— Она нестабильна. Опасна. Для вас и для окружающих, — констатировал он. — Но она реальна. Вы — действительно аномалия, кадет… Лина.

Он впервые назвал ее по имени. Настоящему имени. Это прозвучало странно интимно в стерильной тишине медблока.

— Вам нельзя оставаться здесь, — сказал он после паузы. — Цитадель больше не безопасна для вас. Те, кто стоит за «Химерой» и покушением… они не остановятся. И я… я не всегда смогу быть рядом, чтобы вытащить вас из огня.

В его голосе прозвучала нотка… сожаления? Или бессилия? Это было так не похоже на всемогущего Капитана Вольфа.

— Но куда мне идти? — прошептала Лина. — Я не знаю эту галактику. У меня никого нет…

— Я что-нибудь придумаю, — сказал он твердо, и в его голосе снова появилась сталь. — Найду способ вывезти вас отсюда. Незаметно. Но мне нужно время. А до тех пор… вам придется быть еще осторожнее. И доверять мне. Полностью. Сможете?

Он смотрел ей в глаза, и в его взгляде была не только команда, но и… просьба? Вопрос? Он рисковал всем, предлагая ей это. Он шел против системы, против присяги, возможно, против своих собственных убеждений. Ради нее. Ради аномалии с далекойТерры.

Лина смотрела на него, на его усталое лицо, на раненое плечо, на серьезность в его глазах. Она видела трещину в его ледяной броне. Она видела человека под маской безжалостного куратора. И она поняла, что да. Она сможет ему доверять. Потому что сейчас он был единственным, кто стоял между ней и бездной.

— Да, сэр, — тихо ответила она. — Я доверяю вам.

Момент близости, рожденный из опасности и откровенности, повис между ними. Он не был романтическим в привычном смысле слова. Он был глубже, сложнее — это было признание взаимной уязвимости, хрупкое перемирие посреди войны, обещание защиты, данное вопреки всему. Искра, вспыхнувшая между ними, была опасной, но она давала надежду.