Книга Код Кентавра, страница 67 – Даниэль Кирштейн

Этот момент хрупкого доверия, почти интимной откровенности в стерильном медблоке, был мимолетным, как вспышка далекой сверхновой. Кайден, словно опомнившись, осознав, насколько далеко он зашел, мгновенно отступил. Его лицо снова стало непроницаемой маской, взгляд — холодным и отстраненным. Трещина во льду исчезла, затянулась привычным самоконтролем.

— Хорошо, кадет, — произнес он своим обычным командным тоном, отступая на шаг от койки. — Забудьте этот разговор. Он был необходим для оценки ситуации, не более. Ваша легенда об амнезии остается в силе. Никто не должен знать правды о вашем происхождении или ваших… способностях. Особенно вы сами не должны их демонстрировать без моего прямого приказа или крайней необходимости для спасения вашей жизни. Это ясно?

— Да, сэр, — кивнула Лина, чувствуя укол разочарования от его внезапной холодности, но понимая ее причины. Он защищал и ее, и себя.

— Медицинский отчет будет скорректирован, — продолжил он деловито. — Инцидент на учебном корабле спишут на техническую неисправность и халатность обслуживающего персонала. Виновные будут найдены и наказаны, — в его голосе прозвучала сталь, давая понять, что это не пустые слова. — Расследование покушения… будет вестись неофициально. Мной.

Он снова посмотрел на нее, и его взгляд был жестким.

— Но это не отменяет того факта, что вы — главная мишень. И пока я не найду способ безопасно убрать вас из Цитадели, ваш режим будет максимально ограниченным. Я повторяю: никаких несанкционированных перемещений. Никаких контактов с подозрительными лицами. Вы будете находиться либо на занятиях,либо на тренировках со мной, либо в своей комнате. Любое отклонение будет рассматриваться как нарушение приказа и поставит под угрозу не только вас, но и всю операцию по вашему спасению.

Он говорил как куратор, как офицер, отдающий приказы. Но за этими словами Лина теперь слышала другое — попытку оградить ее, спрятать, защитить единственным доступным ему способом — через тотальный контроль. Это была забота, облеченная в форму приказа, защита, замаскированная под ужесточение режима.

В последующие циклы Лина в полной мере ощутила на себе этот «собственнический щит». Ее расписание было перекроено так, чтобы минимизировать ее свободное время и контакты с другими кадетами вне Элитного потока. Ее комм постоянно отслеживался — она это чувствовала по едва заметным задержкам в передаче данных и странным системным сообщениям. Возле ее комнаты или на маршрутах ее обычного передвижения теперь всегда «случайно» оказывались либо патрули службы безопасности, лояльные Кайдену (она научилась их отличать), либо кто-то из его доверенных людей из числа старших кадетов.

Даже ее конфликты с Дарианом ворр Налом приняли иную форму. Дариан и его приспешники все еще пытались ее достать — язвительными замечаниями, попытками подставить на занятиях, но Кайден теперь вмешивался. Не напрямую защищая ее, нет. Но он мог внезапно появиться во время перепалки и ледяным тоном отчитать обестороны за нарушение дисциплины, назначая наказание Дариану за провокацию, а Лине — за то, что поддалась на нее. Или он мог вызвать Дариана к себе в кабинет после очередной его выходки, и тот возвращался бледным и злым, после чего на некоторое время оставлял Лину в покое. Кайден словно обозначал свою территорию, давая понять всем, и в первую очередь Дариану, что «кадет Рин» находится под его личным контролем, и только он имеет право ее «воспитывать» или наказывать.