Книга Драконово логово. Развод столетия, страница 21 – Эва Кертис

Следующая комната полна растений: высоких и низких, ярко-зеленых и темно-бурых, пахнущих и не источающих совершенно никаких запахов. Я подхожу к одной из кадок и с неудовольствием отмечаю сухую землю. Цветок выглядит увядшим, едва ли не умирающим.

— Бедненький ты мой, — воркую над ним. Ласково провожу пальцем по тоненькому листочку, боясь причинить вред и без того хрупкому существу. — Сейчас я дам тебе водички! Не переживай. Теперь за тобой будет кому присмотреть. — Растение, будто понимая мою ласку, чуть кивает поникшим бутоном и расправляет подсохшие листочки. Нужно поставить себе галочку приходить сюда через день-два и поливать его. София в это время успевает поухаживать еще за несколькими растениями.

Наведя порядок в оранжерее, мы с девушкой следуем дальше. И я в восхищении замираю на пороге. Сейчас мы с Софией оказываемся в мире кораблей. Огромный макет прекрасноговеличественного фрегата стоит на массивном темном столе. Деревянный каркас практически собран, но еще не обшит до конца. Плавные изящные линии притягивают взгляд. Мне до зуда в пальцах хочется провести по каждой из его деревянных досочек. Но я не решаюсь даже подойти. Не дай бог еще поврежу что-то.

Обвожу взглядом комнату и вижу, что различные модели кораблей поменьше стоят на многочисленных полках. За этой комнатой явно следят. Приятный, успокаивающий запах древесины проникает в легкие. Сколько же у Бернарда увлечений! И в каком он больше находит себя? Меня до глубины души поражает, насколько многогранная личность мой муж. И, честного говоря, мне становится его немного жаль. Когда тебе не с кем разделить свои увлечения — это очень печально.

— Пойдем, София, — мягко улыбаюсь я. — Здесь нам с тобой делать совершенно нечего.

Таким образом мы обходим весь третий этаж. Каждая комната открывает для меня новую грань Бернарда, удивляя снова и снова. Но вот что настораживает: я не встречаю ни одной комнаты, в которой чувствовалась бы рука женщины. Как будто в этом доме и правда нет хозяйки. И я уже гораздо меньше сочувствую Авроре. Размышляя о том, какой девушкой она была, спускаюсь вместе с Софией на второй этаж. Ноги немного гудят, ведь как бы смешно это ни прозвучало, прошли мы с ней немало. И когда мы сворачиваем к первой комнате на втором этаже, дом сотрясает громогласный рев моего мужа:

— Какой дурак додумался полить Рокфеллера!?

Щеки мгновенно заливаются краской. Ну упс, что ли!

Мы переглядываемся с Софией, у каждой глаза выражают разное: ее — священный ужас ожидания конца света, а мои — обреченную усталость и непонимание, зачем из мухи делать слона?

— Вы… вы… — шепотом пытается спросить меня девушка.

— Да, я, я. Я полила этот несчастный цветок. Ты его видела вообще? — обвиняюще машу в сторону третьего этажа, на котором, видимо, начинают происходить поистине странные вещи. Читая любовные романы о попаданках, ни разу не встречала описания того, как вещи в доме злого дракона ходят сами по себе, ну или летают по воздуху. Но грохот, который сейчас доносится оттуда, свидетельствует именно об этом. После очередного удара и мужского вскрика, я закатываю глаза и иду к лестнице.

— Вы уверены, что вам туда сейчас надо? — слабо пытается остановить меня София.

— Хочешь сама к нему пойти? — выгибаю бровь, но моя знакомая молчит. Эх, жаль. А я думала, что можно избежать ссоры на этот раз. То, что она вот-вот произойдет, у меня нет ни капли сомнений. — Я так и подумала, — подвожу итог и начинаю подниматься.