Книга Кухаркин сын, страница 12 – Марта Солнечная

— Да, не тебе… Рыженькой передай.

Кьяра подавилась воздухом. Она долго буравила его уничтожающим взглядом и, не отрывая глаз от его лица, не помня себя от злости, разрывала конверт в мелкие клочки.

5.

Кьяра до самого вечера не могла успокоиться. Она злилась на этого наглого кухаркиного сына и переживала горькое недоумение за собственную глупость, за то, что вообще оказалась в таком компрометирующем положении.

Неужели этот самодовольный тип с бесстыжими глазами мог подумать, что Кьяра готова вот так просто рискнуть своей работой?

До девушки доходили слухи о связях некоторых воспитанниц с генетически недостойными представителями мужского пола. Каждый такой случай подвергался серьезному служебному расследованию. На личных делах девушек, уличенных в таких связях, ставили клеймо непригодности. Они оказывались как бы уцененным, порченным товаром. Их мужьями становились не полноценные мужчины, а калеки, получившие ранение в ходе выполнений правительственных операций. Повторное нарушение запрета на связь с носителями мутаций расценивалось, как неуважение к власти, и девушек отправляли на грязные работы по сортировке радиоактивного пластика. А это, считай, что смерть. Страшная, мучительная смерть от лучевой болезни. Это же ждало тех сотрудников, чья вина в пособничестве была подтверждена. Государство оберегало честь и право на чистоту вида у своих подопечных.

Стоило ли так рисковать? Одно было ясно: такие глупости не принесли бы ничего хорошего, а кроме прочего и саму Кьяру подвели под монастырь. И так ведь понятно, что было в том конверте. Наверняка, какое-то непристойное предложение.

Кьяра наскоро пообедала в пансионе, а вот ужин ей уже пришлось соображать себе самой в новом доме. Кажется, у нее оставались коробки с порошковыми оладьями? Вот и отлично, значит будут оладьи!

На общей кухне уже кипел чайник и две незнакомые девушки, явно из проживающих, суетились у плиты и кудахтали, как недорезанные куры. Они курили и по комнате плыли облака сизого дыма.

Кьяра в изнеможении прикрыла глаза и опустилась на стул. Нужно было только добавить в миску воды, смешать с порошком и жидкое тесто готово.

— Это место Молли, вообще-то, —недружелюбно сказала одна из них с высоко зачесанным хвостом, одетая только в топик, больше напоминающий лифчик, и мужские спортивные несомненно ношеные штаны.

— И кто из вас Молли?

— Молли, — и вторая разукрашенная девица указала глазами на огромную кастрюлю, кипящую на плите.

— Ну, тогда все в порядке. А я уж испугалась, что заняла место Молли, — не удержалась и съязвила Кьяра.

— Ты, чего — дура? — на нее уставилась две пары девичих глаз, — Мы тебя предупредили. Не реви, когда отхватишь!

Кьяра огляделась: на кухне было еще четыре стула вокруг стола, и только на рабочее место с этой стороны хорошо падал свет из маленького закопченного окошка.

Нет, Кьяра не хотела ссор, но и бежать, поджав хвост, не собиралась. Но все же она ускорилась работать венчиком, чтобы и не сдавать позиций и побыстрее убраться, на всякий случай до прихода этой грозной Молли.

Раковина, полная немытой посуды, никак не интересовала девушек. Они готовили кофе. Но не обычный, из растворимой таблетки, а скорее всего настоящий, из какого-то темного ароматного порошка.