Книга Кухаркин сын, страница 26 – Марта Солнечная

Да повод искать и не пришлось. Он нашелся сам собой.

— Как дежурная? Почему? — удивилась Кьяра.

— Не знаю, — пожала плечами Танья, — Твое имя и номер комнаты записаны на доске дежурств.

— Не может быть! Еще вчера я была в самом конце списка, я же последняя переехала.

— Кто ведет график дежурств?

— Молли, — хором ответили ей.

— Она специально меня переставила! Она это нарочно сделала!

— У тебя есть доказательства? — вяло поинтересовался Егерь.

Кьяра молчала. Это была последняя капля в непосильно трудном дне. На ее глаза сами собой наворачивались слезы горькой обиды, но так не хотелось, чтобы кто-то увидел, как ее задела эта ситуация. Они же побегут потом к Молли и во всех красках распишут ее состояние.

Девушка отвернулась к стене, чтобы никто не заметил дрожащего подбородка. Она подошла к самой доске:

— Вообще этот график странно составлен. Я вот вижу Танью и других жильцов, а где Крис в этом списке?

— Она каждый день «дежурит»… но в другом месте, — отреагировал Алан, и парни взорвались гоготом от шутки француза.

И когда смолкли, раздался голос Мика:

— Тебя же не жопы тут подтирать заставляют. Не хочешь руки марать? Или как раз расстроилась, что тебе не жопы предложили? Так и скажи, и я подумаю, какты сможешь «отдежурить» по-другому…

— Ты — психованный ублюдок! Чего несешь? Со своими девками так разговаривай! — она обвела рукой кухню, — А я не позволяла! Да, что ж вы за зверье такое…

Кьяра не договорила, а поджала трясущиеся губы и постаралась восстановить сбившееся дыхание.

Он смотрел на нее с интересом. Наступила абсолютная тишина. Стало так тихо, что слышно было, как картошка в масле шипела на сковородке. Наконец Мик произнес:

— Зверье, вот, значит, как! Ребят, нашу воспитательницу саму нужно воспитывать!

И тут понеслось. Он как будто дал добро на травлю.

Крис соскочила со стола и, сжимая кулаки, кинулась на Кьяру.

— Не трогать ее! — не своим голосом заорал Мик.

Он перехватил ее на подлете и пихнул так, что Шпанка отлетела назад и стукнулась об стол, который от удара сдвинулся к другой стороне комнаты. Посуда жалобно звякнула. Несколько кружек столкнулись и разбились. Осколки посыпались на пол. Но все эти звуки растворились в криках.

«Ты на кого гавкаешь?», «Думаешь, что ты чем-то лучше?», «Ходи и оглядывайся, я покажу тебе «зверье» — все перемешалось. Гвалт стоял нестерпимый. Девчонки визжали. Парни зловеще ощерились. Только Егерь улыбался. Было похоже, что его искренне забавлял конфликт.

Мик направился к мусорному баку. Он поднял его одной рукой, перевернул и остервенело тряхнул. К ногам Кьяры посыпались какие-то гнилые, дурно пахнущие остатки пищи. Они разлетелись по всему полу.

— Пошли, парни, в офисе поедим. Тут что-то завоняло.

Он вышел первым. После него все братья и Крис встали и тоже двинулись на выход. В дверях Егерь развернулся:

— Картошку в офис несите.

Кьяра осталась наедине с двумя озлобленными девушками.

— Я не имела в виду ничего такого… это вырвалось… — Кьяра закрыла лицо рукой.

— Какого такого? — неприятно сощурила глаза Китти.

— Не нужно ничего объяснять. Достаточно того, что ты наговорила, — ровным голосом произнесла Таня.

Она все это время стояла в стороне, но теперь смотрела угрюмо.

— Приятно оставаться. И лучше бы тебе успеть все тут убрать до завтрашнего утра.