Книга Уж замуж невтерпеж, страница 118 – Анна Ледова

Я заверила, что юной бунтарке в «Гранд-Терре» ничего не угрожает, и клятвенно пообещала накормить, проследить, уложить, исключить из вероятной вечеринки алкоголь и парней, а наутро отправить беглянку домой.

Уф-ф. Всего два первых гостя, а уже столько мороки с ними… Но я поймала себя на мысли, что мне это нравится. Ещё посмотрим, Рейн, кто кого!

Пока гостей были единицы, мой персонал справлялся с ними на ура. А ведь каждый требовал исключительного к себе отношения! Взять хотя бы мадам Айн-Гардимау, придирчивую тёщу того самого несчастного гостя на открытии.

Мадам бывала наездами в Шенлине строго раз в месяц и успела довести до белого каления владельцев лучших гостиниц города. Виллис сразу поселил её в королевский люкс, рассудив, что зять не поскупится, когда речь зайдёт о его собственном душевном спокойствии. Мадам обычно приезжала с личной камеристкой, кроткой бессловесной девицей, и компаньонкой, такой же тихой забитой женщиной средних лет.

Из всех троих был слышен голос только мадам, и какой это был голос! Хрустальные люстры тряслись. Брак с генералом, видимо, не прошёл даром, ей бы на плацу командовать. От персонала она требовала беспрекословного подчинения и чёткого исполнения обязанностей. При этом не выносила подобострастия и терпеть не могла мямлей. На всякий случай я распорядилась убирать в её комнатах дважды в день, а Кх’хрум предупредительно сообщал о любых её передвижениях по отелю, чтобы та никого не застала врасплох.

Тем не менее генеральша всюду совала свой нос и один раз даже заявилась в прачечную, куда гостям вообще хода не было. И именно в тот момент, когда не менее резкая Бонита отчитывала своих сотрудниц и раздавала задания на день. У уругвайки, получившей место старшей горничной, обнаружился крутой латиноамериканский нрав, поэтому их встреча выглядела так:

— Кика, верхнюю пуговицу застегнуть! Не отросла ещё твоя pecho, нашла кого своим первым размером пугать… Передник по центру! Маргрита, волосы собрала! И зеркала перемой в четырнадцатом, одни разводы! Озора, куда крахмала столько сыпешь! Гости о твою наволочку всё лицо порежут! Марш шестой перестилать! И не скаль зубы, не женихов тут ищешь!

Тут её взгляд упал на генеральшу, и, не успев переключиться, Бонита гаркнула и на мадам Айн-Гардимау:

— Спину выпрямить! Подбородок выше! Горбитесь тут, а потом ночью заснуть не можете, все простыни перекрученные! Брошь переколоть левее! О… Это вы, мадам… Ну, тут уж, извините, я командую! У вас вообще уже две минуты, как чай по расписанию! — Бонита сверилась с часами и воинственно упёрла руки в боки.

Генеральша, требовавшая пунктуальности от всех и во всём и сама пойманная с поличным на несоблюдении своих же правил, вышла из прачечной без звука и с выпученными глазами. А потом подошла к Виллису и, поджав губы, неохотно сообщила:

— Должна признать, некоторые тут своё дело знают.

И попросила включить в её счёт чаевые лично для старшей горничной.

А потом ещё был Очень Большой Господин, для которого потребовалось срочно укреплять кровати; нервная дама с тремя канарейками, кормить которых требовалось исключительно сушёными персиками и свежими огурцами; трое студентов, перепутавших отель с придорожной таверной и требовавших «девочек» в номер; небольшая делегация адвокатов, перебравших коньяка и грозивших засудить отель за отсутствие собственного пляжа… Небольшой фонтан в холле в качестве моря их, кстати, вполне устраивал. И многие-многие другие…