Книга Академия меча и пламени, страница 19 – Карина Мута

Дан присаживается, а после отталкивается лапами, взмахивая кожаными крыльями. Они издают еле заметный свист. Вскрикиваю и зажмуриваюсь, когда он стремительно набирает высоту. Сжимаю изо всех сил шипы и склоняюсь к шее. Пугаюсь, когда Академия становится похожа на жирную точку внизу. Стараюсь отвлечь себя и не смотреть вниз. Дыхание перехватывает, мы поднимаемся выше облаков. Дан расправляет крылья и парит, ловя теплые потоки воздуха.

Небо переливается цветами от розового до алого. Постепенно ослабляю хватку. Дан не делает резких движений, позволяя привыкнуть к новым ощущениям. Вдалеке различаю Айдо. Аюна уверенно держится в седле. Наверняка, этот полет не первый в ее жизни. Она машет мне рукой, широко улыбаясь.

Под нами расстилаются хвойные леса. Ярко-голубая линия бурной, журчащей реки тянется от замка, разделяя лес пополам, и уходит далеко в снежные горы на востоке. В голове мелькает безумная мысльпопробовать быстрый полет.

Глухое хлопанье крыльев доносится до нас. Тень скользит по спине Дана. Вскидываю глаза вверх, наблюдая огромное брюхо, покрытое чешуйками цвета морской волны. Дракон проносится всего в паре метров над головой. Прижимаюсь с воплем к шее Дана. Издалека замечаю девушку-всадницу с длинными белыми волосами. Тея.

Дан снижается, пролетая вдоль течения реки и рассекая когтем водную гладь. Гигантская тень отражается на поверхности воды и берегу. Стая птиц с тревожными криками покидает деревья. Смех вырывается из груди. Слезы текут по вискам. Чувство безмерного счастья наполняет меня.

– Однажды ты найдешь своего дракона, Амирия, – давно забытый, но такой родной голос возникает в памяти яркой вспышкой.

Воспоминания захлестывают меня неожиданно, словно волна. К горлу подступает ком. Мы с отцом, королем Теодором, летали верхом на его драконе, дрейфуя на ветру.

– Папа, я тоже хочу своего дракона, – жаловалась маленькая я.

– Всему свое время, родная, – терпеливо отвечал он, обняв меня одной рукой.

Смятение и грусть снедают меня изнутри. Такие далекие воспоминания об отце все же остаются со мной. Дан возвращается к полю. К концу полета я твердо держусь в седле. Мы приземляемся. Стягиваю перчатки. Дан опускает плечо, позволяя мне скинуть седло на траву и слезть самой. Колени отказывают распрямляться, поэтому первые несколько минут жалуюсь на неприятные ощущения в ногах.

Аюна уносит свое седло в здание склада, когда мы оказываемся рядом с Айдо-драконом. На деревянных ногах приближаюсь к нему, желая прикоснуться к гладкой чешуе на его морде. Но Дан перехватывает мою руку так же молниеносно, как перевоплощается обратно в человека. Он встревожен и зол.

– Не прикасайся к чужому дракону, – пугает он меня.

– Почему? – глупо спрашиваю его, пока он крепко сжимает мое запястье.

Он отпускает меня, успокаиваясь.

– Прикасаясь без перчатки к другому дракону, ты делишься с ним своим пламенем, – объясняет он.

Причины его тревоги и злости мне понятны не до конца.

– К тебе же я прикасалась.

– И теперь мы с тобой связаны, – поясняет он. – Я твой дракон. Только твой.

Сердце подскакивает. Получаю немыслимое удовольствие от сказанного. Хочется улыбнуться, но сдвигаю брови на переносице и с гордо поднятой головой отправляюсь сдавать экипировку, но не сдерживаю глупый смешок.Возвращаю фуфайку и перчатки на место, а после выхожу из здания. Дан ожидает меня у входа не один. При виде Виверна расплываюсь в улыбке. Друг радостно машет рукой. Спешу к нему с распростертыми объятиями, как вдруг между нами возникает Дан.