Книга Сердце Алмазного дракона, страница 44 – Эва Кертис

Не знаю, то ли девушка прочитала мои мысли, то ли почувствовала что-то, но она отвернулась от окна и посмотрела в нашу с Марикусом сторону. Необыкновенные глаза сверкали бриллиантами невыплаканных слез. Свет, лившийся из окна, окрашивал ее фигуру в теплые золотые и медовые оттенки и делал похожей на сказочное существо. И снова сердце кольнула непрошенная зависть. Такой мне не стать никогда.

— Я пойду, — произнесла она, глядя на меня. — Я…

Не знаю, что она хотела сказать дальше, но в следующую секунду, похоже, просто передумала и исчезла в открывшемся портале. Ее уход сопровождал тяжелый вздох Марикуса. А мне оставалось лишь едко хмыкнуть.

— Ну и во что ты вляпался?

* * *

Несколько минут он стоял опустив голову, сжимая и разжимая кулаки. А после взметнул на меня сердитый взгляд и выдал:

— Ты будешь отрицать, что была в меня влюблена? Я не дурак, Лари. И не слепой. Я же все видел.

— И ничего не сделал, — не моргнув глазом, парировала я. — Видел, что меня переполняют эмоции, причиной которых был ты. Наблюдал, как я краснею, стоит нам оказаться рядом. Ощущал мою ревность, когда я замечала, что кто-то из студенток начинал оказывать тебе неподобающие знаки внимания. И… Ничего не делал, Марик, — мягко закончила я. Обиды не было. Пришло понимание: мы просто не любили.

Мы оказались заложниками собственных решений. После спасения дракона от козней друида в его мире, я и мама с папой стали единственными близкими для Марикуса. Его мир долгое время был скрыт от остального магического сообщества. Ради благих целей великие Хрустальные драконы стали отшельниками, едва не пожертвовав собственным существованием. После того, как ситуация разрешилась, а виновные были наказаны, у Марикуса с его родителями отношения так почему-то и не восстановились. И я могла бы начать докапываться до истинных причин, но… Это была не моя жизнь и я не хотела, не могла бесцеремонно лезть в нее. И, возможно, прозвучит эгоистично, но решатьеще и эту загадку абсолютно не хотелось. С другими девушками Марикус тоже, если и встречался, то крайне редко.

Его занимало изучение нашего магического мира, а я всегда оказывалась рядом. Трещала без умолку, делясь всей информацией, что хранилась в юном мозгу. Сколько себя помню, мы были вместе. Неудивительно, что именно Марикус стал якобы моей первой любовью. Я просто не знала внимания других мальчиков, а потом и парней. И если бы не появление Влада, то я бы еще долго заблуждалась в собственных чувствах.

— Я не имел права, Лари! Мы договорились с Надин, что до окончания академии я не заявлю на тебя прав!

Ах, вот кто спонсор наших бед. «Ну спасибо, мамочка, оказала нам медвежью услугу!» Сделав мысленную пометку обязательно переговорить с мамулей по поводу ее благих намерений, я продолжила дальше:

— Пусть так. Но никто не мешал тебе оказывать мне знаки внимания, приглашать на прогулки, дарить цветы. Не как в детстве, Марик, а по-настоящему. По-взрослому. Елания сказала, что ты решил, будто я — твоя Истинная. Так скажи мне, — я встала с кресла и плавной походкой направилась к нему, — разве так себя ведут со своими половинками?

— Я соблюдал условия, Лари. Ты же знаешь Надин.

— Знаю. А еще знаю, что ты ищешь отговорки. Если бы я действительно была твоей Истинной, то тебя не остановил бы никто в этом мире. Я ведь права, Марикус, — ласково поцеловала его в щеку. — Я люблю тебя, — слова легко сорвались с губ, лишь еще больше напугав дракона. А я рассмеялась в ответ. — Но не как мужчину. Как брата, Марик. Ты всегда будешь частью меня. И я всегда приду на выручку, всегда буду переживать за тебя и хотеть для тебя лучшего. Но давай здесь и сейчас признаем: мы ошиблись в своих чувствах. Осталось лишь понять, что заставило тебя думать о нашей Истинности.