Книга Любовь, ферма и коза в придачу, страница 50 – Наталья Смеречинская

Я приподняла бровь. Иса так будет скучать за стервой Сабиной?

Но дальнейшие слова толстушки заставили и меня расстроиться:

— Теперь сыру у тебя я смогу покупать в три раза меньше, так как господа уезжают, и дом будет закрыт для посетителей.

Ох, а вот это плохая новость! От волнения я присела на белоснежный диванчик кондитерской и ухватилась за живот.

Вот это беда, если честно! Все планы коту под хвост! И Бог с ней, с этой стройкой! Дрова мы только-только заказали, и еще неизвестно, сколько за них захотят. А ребенок? Ведь на малыша тоже придется тратиться, не говоря уже об остальных членах семьи. Перед глазами уже снова приветственно махал платочком старый друг — голод, когда Иса сжала мою руку и сказала:

— Не переживай, детка, мы что-нибудь придумаем. Вернее, я уже придумала. Как только господа уедут, у меня сразу же станет больше времени, и мы с тобой прогуляемся по моим подругам.

Я с недоумением взглянула на кухарку, не понимая к чему она клонит.

— У меня есть много подруг на кухнях у богатых и знатных господ нашего города. И не все они уезжают в Ольгерн с дипломатической миссией, — подмигнула мне толстушка, возвращая надежду и часть хорошего настроения на прежнее место.

— Спасибо тебе, Иса! — я обняла добрую женщину, думая о том, что таких верных друзей, как она не сыщешь днем с огнем ни в одном из миров.

— Так что не вешай нос, милая, забирай своих два золотых и беги к лекарю, — кухарка достала из кармана две желтенькие монеты и протянула их мне.

— Это же очень много! — удивилась я, но отказываться не стала.

— О, не переживай! Графине Сабине так понравился твой сыр, что она приказала взять его с собой в дорогу, — сообщила мне довольная Иса.

— О! — вымолвила я, вспоминая крысоватое лицо заклятой подруженьки, — тогда я непременно должна пойти и плюнуть в каждый кусочек сыра, что ты отложишь ее светлости!

— Не беспокойся, милая! Я уже это сделала! — задорно подмигнула мне кухарка, и мы весело расхохотались.

* * *

Как бы хотелось закончить день на этой позитивной ноте, но нет, моей судьбе было угодно приготовить дляменя еще испытаний.

После того, как мы выгрузили весь сыр и попрощались с Исой и Иврином, наш с Фреем путь лежал на рынок. Пусть в кармане у меня было целых две золотые монеты, но в сердце уже осели сомнения в завтрашнем дне, и к покупкам я подходила еще более придирчиво, чем обычно. Но все же не удержалась и купила для Фреи новые нитки, а также кусочки шелка. Мы с девушкой договорились попробовать сделать украшений и продать их местным торговцам. Нужно расширяться, тем более сейчас, когда поставки в дом Брачинских станут такими нестабильными.

Именно там, у прилавка с тканью, меня и нашел господин скряга-Вьежес.

— Ба, да это же сама Мира! — прозвучало над ухом насквозь лживое удивление.

Я обернулась и увидела знакомые «гусарские усы». Молочник смотрел на меня холодно, но деланно приветливо. Вот ни за что не поверю, что мы с ним столкнулись случайно.

— Давненько я тебя не видел у себя в лавке, — без предисловий начал разговор Вьежес, — ты забыла к нам дорогу?

— Нет, — не стала юлить и решила быстро покончить с неприятным разговором, — я нашла нового покупателя, господин Вьежес.

— Наслышан, — сообщил молочник, — но в нашем городе так дела не делаются, Мира! И партнеров не бросают, не сказав ни слова!