Онлайн книга «Стигма»
|
Затаив дыхание и надеясь, что она не проснется, я попятилась – и наступила на книжку-игрушку. Из картонной страницы зазвучали звуки фермы, и веселый голосок пропел: «А вот Аттила, собачка Билла! Гав-гав!» Маленькие зеленые глазки Олли медленно открылись. Ее затуманенный сонный взгляд проскользнул сквозь белые прутья. Она несколько раз моргнула, прежде чем сосредоточиться на мне, а когда наконец отчетливо увидела меня с распущенными длинными черными волосами, ее глаза внезапно оживились. Следующим этапом стало узнавание: она что-то пролопотала и приподняла головку. – Ола!.. – пробормотала она, невнятно произнося звук «л», который она пока не могла выговорить. Я огляделась, словно загнанная добыча, и она села. – Нет-нет-нет… – Я протестующе помахала руками. – Не вставай, ложись обратно. Спи! Она протянула ко мне маленькие ручки, а затем попыталась встать на ножки, чтобы выбраться наружу. Я запаниковала. – Ложись! Ложись… на матрасик! – приказала я, подходя к кроватке. Ее лепет стал более настойчивым, она протянула ко мне раскрытые руки, прося ее выпустить. – Учки… учки… Эти жесты требовали контакта, милые глаза, еще влажные от сна, смотрели на меня так, словно не было ничего более естественного и более важного на свете, чем ее желание оказаться у меня на руках. Я нервно потерла подбородок. – Ладно-ладно, уговорила. Только веди себя хорошо! Я пожалела об этих словах сразу, как только их произнесла. Олли выжидающе смотрела на меня, растопырив пальчики, а я с опозданием подумала о том, что можно было бы попробовать отвлечь ее этой чертовой музыкальной книжкой и сбежать в гостиную. Может, она не заметила бы… Наконец я глубоко вздохнула, набралась смелости и неуверенно просунула руки ей под мышки. Олли оказалась довольно тяжеленькой… Убедившись, что держу ее крепко, я подняла ее, как кошку, и опустила на пол. Олли взвизгнула от восторга. Вместо того чтобы согнуть ноги и сесть, она осталась стоять, ухватившись маленькими ручками за рукава моего свитера. Рискуя получить сердечный приступ, я снова подняла ее и, удерживая на вытянутых руках, как горячую картофелину, быстро опустила в манеж, прямо в кучу игрушек. От напряжения дыхание сбилось. – Вот так… Сердце колотилось в груди, на лбу выступила холодная испарина. Вся эта ситуация меня сильно напрягала. – М-м-м… – жалобно протянула Олли и шлепнулась на попу. Эта сетчатая штука определенно была слишком мала для нее, ведь она уже умела ходить. – Только чур никаких жалоб, – пробормотала я, кое-как возвращая себе самообладание. – А теперь… играй! – как можно более веселым голосом сказала я, ободряюще махнув рукой, но Олли просительно смотрела на меня, свесив ручки с борта, словно арестантка. Маленькая хитрюга! Она ждала, что я снова ее возьму, посажу к себе на колени и признаюсь в любви нежным голоском, а когда она поняла, что я не собираюсь ничего этого делать, то взвизгнула и надула губки. Чудесно… – Посмотри, какая миленькая, – сказала я, надавив пальцем на плюшевую божью коровку. Ее носик засветился красным, а из пушистого живота вырвалась веселая примитивная песенка. Насупленная Олли недоверчиво посмотрела на игрушку. – Хочешь… печенье? Боже, она ведь не собака, а маленькая девочка, которая, возможно, просто хотела внимания, хотела, чтобы я держала ее на руках или отпустила свободно ходить по дому. Хотела всего того, что я не знала, как ей дать. |