Книга Заклинатель снега, страница 57 – Эрин Дум

«Это не он, – убеждала я себя, – дело не в его руках и не в его крепких мужских запястьях. Причина в моей тоске, в боли, в разбитых мечтах. Вот что лишало меня покоя, а онбыл здесь абсолютно ни при чем».

Я зажмурилась и, сделав над собой усилие, шагнула в сторону, а потом вышла из ванной. Я почти бежала по коридору, забрав с собой чувство, которое все больше и больше укоренялось в моей плоти. Тонкое, как нерв, оно пробралось в легкие, в костный мозг, в горло, и чем старательнее я пыталась вырвать его из себя, тем глубже оно в меня проникало. Я судорожно сглотнула. Что со мной происходит?

Джон оторвался от газеты. Он посмотрел на меня, жалкую, на хлопковый бюстгальтер в моей дрожащей руке и вынул изо рта сигару.

– Айви, что…

– Джон, я хочу, чтобы в ванной был чертов замок!

Я привыкла избегать людей.

У меня замкнутый характер, бесстрастный, как лед, что, наверное, и мешало мне заводить друзей. Я много времени проводила одна или в обществе природы, потому что только в тишине я могла слышать себя. И все же впервые я избегала кого-то, с кем жила под одной крышей.

Я не выносила Мейсона. Его близость тревожила меня, его присутствие вызывало во мне такую сильную турбулентность, что всякий раз я испытывала острое желание выйти из комнаты и вдохнуть воздуха, который его не коснулся. Хотя он первый решил держаться от меня подальше и никогда на меня не смотрел, любая случайная встреча с ним выбивала меня из колеи. И легко понять почему.

Мейсон был дерзким, высокомерным и эгоистичным – именно эти качества больше всего раздражали меня в людях, общению с которыми я когда-то давно предпочла одиночество. Однако в этом типе было еще кое-что. Что-то, что даже перевешивало его бесчисленные недостатки и вынуждало меня держаться от него на большем расстоянии, чем предписывает техника безопасности. Что-то, что бродило во мне, держалось в тени моего дыхания и таилось глубоко внутри. Я не знала, что это, но была уверена: это мне не нравилось.

Спускаясь по лестнице в подвал, я спрашивала себя, как долго мне удастся игнорировать его существование. Может быть, всегда…

Кошмарный сон помешал как следует выспаться этой ночью. Я все еще ощущала его на своей коже, как отпечаток чужой грязной руки. Я поморгала и, увидев свой блокнот, с облегчением вздохнула. Наверное, я оставила его здесь вчера вечером, когда спустилась в эту комнату порисовать.

Взяв скетчбук, я собиралась вернуться наверх, когда через полуоткрытую дверь заметила в дальней комнате свет. «Наверно, Мейсон забыл погасить», – подумала я, потому что, заглянув в его так называемый тренажерный зал, никого там не обнаружила.

Я подошла к лампе на шкафу и выключила ее. На улице было солнечно, и через маленькие окошки под потолком сюда проникало достаточно света.

На столе рядом со шкафом лежал прозрачный конверт с бумажными листками, сообщавшими данные о его здоровье, весе и даже росте. Один метр восемьдесят восемь.Ого! И это в семнадцать лет.

Меня поразил длинный перечень медицинских обследований, которые нужно пройти, чтобы получить доступ к поединку: электрокардиограмма, мониторинг грудной клетки, МРТ головного мозга. Спортсмену нужно соблюдать массу требований. Да уж, серьезно заниматься боксом может далеко не каждый. Этот вид спорта требовал от человека дисциплинированности, ответственного отношения и абсолютной решимости, воспитанной самоограничением и тренировками.