Книга Синдром тьмы, страница 155 – Рокиа

Геймлих отшатывается, щурится и сжимает зубы. Я одариваю его нежной невинной улыбкой и ускоряю шаг. Догоняю Дерека у машины, которая стоит у входа. Шофер кивает нам в зеркало заднего вида и заводит мотор. Мы с Дереком садимся на заднее сиденье. Я пристегиваю ремень.

– Могла бы и промолчать, – произносит он, глядя в окно.

Я поворачиваюсь к нему. Так и знала, что он все слышал.

– Промолчать? И не напомнить, что мы не забыли этого удара в спину? За кого ты меня принимаешь, ледяной принц?

Он вздыхает, достает из кармана два пропуска и отдает мне один, стараясь не смотреть мне в глаза. Я беру пропуск и вешаю на шею.

– Чем заканчивается сказка про Одетту?

– Сказка про Одетту? – переспрашиваю я.

– Та, которую ты рассказывала Тайлеру.

Я смеюсь, глядя на то, как на его лице холодное безразличие борется с любопытством.

– Ты подслушивал?

– Нет, просто Тайлер теперь очень хочет узнать, чем все закончилось, – объясняет он.

Шах и мат, ледяной принц.

Я отстегиваю ремень безопасности и наклоняюсь к нему, сокращая до минимума расстояние между нами.

– А ты хочешь это узнать?

– Сядь на место.

Он все так же смотрит в окно, не поворачивая ко мне головы.

– А если я не хочу садиться на место? А если я хочу рассказывать историю, сидя здесь? Ты против? Я тебя, часом, не пугаю?

Меня охватывает игривое настроение, и Дерек сразу же это чувствует.

Я иду на рискованный шаг, о котором думала, чтобы привлечь внимание Дерека, которого он меня по-прежнему лишает.

– Любовь между Одеттой и принцем была обречена, – шепчу я, нежно касаясь его щеки и вынуждая повернуть ко мне лицо.

Его глаза разжигают во мне безумное желание, а он смотрит на меня совершенно бесстрастно. Ни смущения, ни страха, ни интереса. Ничего.

– Проклятие Одетты стало необратимым, а все из-за глупости принца, который не смог узнать душу своей любимой.

Я глажу его по щеке, медленно провожу рукой по шее до самой ключицы. Неторопливо расстегиваю пуговицы на рубашке, глядя ему прямо в глаза.

– Они решили не подчиниться проклятию, а разбить его.

Я расстегиваю следующую пуговицу, поглаживая пальцами его мягкую кожу.

– Принц сказал так: «Если мы прокляты в этой жизни, то я отказываюсь жить. Я буду перерождаться тысячу раз, пока не найду твои глаза». И они решили умереть, чтобы навсегда разорвать оковы проклятия. Их любовь не испугалась даже смерти, вот как заканчивается сказка. – Я провожу пальцами по обнаженной коже его груди, возвращаясь к шее.

Во взгляде Дерека нет никаких эмоций. Но он не убирает мою руку, наоборот, сжимает мое запястье и наклоняется ко мне, пока я не ложусь спиной на сиденье. Одной рукой он удерживает мою руку за головой, а другой проводит по моей ноге до самого бедра. Никогда раньше мы не были так близки: я чувствую его дыхание на своей коже, и каждый сантиметр моего тела дрожит. Он бросает взгляд на водителя, чтобы убедиться, что тот не обращает на нас внимания, а потом выдыхает мне в ухо ледяные слова:

– Я не тот принц, который пожертвовал бы жизнью ради девушки. У меня другие приоритеты, ведьма-гурман.

Он не дает мне возможности ответить. Прижимается ко мне еще сильнее, чтобы я выслушала его до конца.

– Не пытайся дразнить меня подобными штучками, это не работает. Тебе просто любопытно, я для тебя как новая игрушка, с которой можно поразвлечься, поэтому… – он еще ближе наклоняется к моему лицо, – …не пытайся меня понять.