Онлайн книга «Синдром тьмы»
|
«Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия». Папа обсуждает достоинства нового начальника, мама предлагает пригласить его на ужин. Как же противно видеть, что внешняя мишура для них всегда важнее того, что на самом деле имеет значение. Сверкающее кольцо, дорогой галстук, лучшие места в театре, самая крутая в городе машина. Только это им важно. Показуха, показуха, показуха. «Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия». – Я пойду, – встаю из-за стола. – Не опаздывай вечером! – приказывает мама, даже не удостоив меня взглядом. Я торопливо выбегаю на улицу, почувствовав, что начинаю задыхаться. Солнце греет мою кожу, легкий ветер немного успокаивает мысли. Я делаю глубокий вдох, закрываю глаза и поднимаю лицо к небу. «Встречаешься еще с одним папенькиным сынком сегодня? Как здорово». Дрожь пробегает по моей спине, когда я чувствую легкое прикосновение губ Джека на своей шее. «Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия». Я иду пешком в сторону Big World News, надеясь, что призрак мертвого парня отстанет от меня. Но он не перестает говорить, и мне кажется, будто мой мозг вот-вот взорвется. «Да ладно, ты прекрасно знаешь, что нельзя решить проблему, притворяясь, будто ее не существует. Смотри, с какой жалостью люди на тебя смотрят. Разве ты не замечаешь? Они понимают, что ты больна, у тебя же такие пустые глаза». Я продолжаю идти по узкой улочке, вокруг полно людей. У каждого из них в руках телефон, они не смотрят по сторонам, они очень заняты, им нет дела до облаков, плывущих по небу. Это так печально. Они совсем как мама и папа, попали во власть чудовища, которое, отвлекая их внимание чепухой, сжирает их изнутри. Меня опять начинает тошнить, и я замедляю шаг. «Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия». Я перехожу дорогу. «Ходячий труп. Это ты. И ничего больше». Пока Джек выплевывает эти ядовитые слова, прямо передо мной на огромной скорости проносится машина и спустя секунду врезается в другую. Неизбежно воцаряется хаос: люди окружают место происшествия, снимают все на телефоны. Запах дыма и крики пострадавших наполняют воздух. Если и до этого я просто не могла нормально вдохнуть, то теперь я падаю на колени и начинаю задыхаться. Образ горящего лица Джека, мучительные крики и ужас ада, в котором я была заперта. Я так сильно хочу исчезнуть, что даже не в силах позвать на помощь. Я не дыша лежу посреди пешеходного перехода. Никто ко мне не подходит, не интересуется, что со мной, все суетятся вокруг разбившихся машин. Я чувствую, что мои ладони, поцарапанные при падении, горят от боли. «Какая знакомая картина, правда?» – радостно заявляет Джек. Яд, исходящий от него, отравляет мои мысли и затуманивает разум. Я не могу отличить вымысел от реальности, образ от мысли, боль от иллюзии. Хрупкий баланс между желанием никогда не рождаться и необходимостью отбывать бесконечное наказание. Телефонный звонок – единственный якорь, который удерживает меня. Дрожащими руками я беру телефон в отчаянной попытке найти хоть какую-то опору. – Оливия. Голос Идгара раздается именно в тот момент, когда я наиболее уязвима. Мое имя становится самым сладким и сокровенным звуком во всем мире, очищенным от любой скверны. И я жажду, чтобы он повторил его еще раз. – Оливия? – шепчет он, словно прочитав мои мысли. |