Книга Синдром тьмы, страница 243 – Рокиа

Теперь я понимаю, почему принц и ведьма не могут быть вместе. Сказки всегда правы.

Крик Тайлера нарушает тишину. Он возбужден и не узнает даже мать, которая пытается подойти к нему, чтобы успокоить. Он видит только ведьму, которая пыталась его задушить. Дерек встревоженно вскакивает, забегает в палату вместе с медсестрами и хватает Тайлера за руки. Падший ангел успокаивается только благодаря теплу брата-принца.

Пока Дерек пытается взять ситуацию под контроль, мой телефон вибрирует: кто-то взломал систему безопасности в моем доме. «Снова».

Я тут же понимаю, что случилось. Я молча выхожу из больницы, сбегаю из-под защиты принца, который был готов потерять корону ради меня. Сбегая от мысли, что мое сознание могло быть запятнано существом, наступающим мне на пятки.

Я прыгаю в первое же свободное такси и называю адрес своего дома. Выключаю телефон, чтобы никто не смог отследить меня.

Пришло время положить конец моему проклятию.

Сиа

Весь дом пропитался запахом еды. Я чувствую присутствие самой сильной, самой злой, самой могущественной ведьмы из всех. Она сидит за кухонным столом, волосы собраны в высокий, тугой хвост, лицо бледное, макияж подчеркивает строгие черты лица. Я смотрю на нее теперь, после всего зла, которое она мне причинила, после всех пыток, которым она меня подвергла, и в груди разрастается пустота, от которой становится трудно дышать. Меня охватывают страх и гнев.

– Я знала, что ты придешь. Садись, я приготовила поесть.

Тон голоса не допускает возражений. Он звучит мелодично, но за ним вероломство матери, преследующей собственную дочь. Я сажусь на стул и быстро осматриваюсь, чтобы оценить обстановку. Еда, которую она приготовила, точно та же, какой она пыталась меня отравить в детстве.

– Ты выросла. Мне очень понравилась твоя речь в прямом эфире. Это было так трогательно.

Она наливает себе вина. За спокойствием, с которым она двигается и улыбается, скрывается злобный план, который она продумала до мелочей. Когда она на секунду опускает глаза к бокалу с вином, я быстро беру нож, лежащий рядом с тарелкой, и прячу его в рукав куртки, сдвинув немного салфетку, чтобы она не заметила пропажи. Я крепко сжимаю пальцами основание лезвия.

– Ты шла по моим стопам: использовала шизофрению, чтобы добиться хороших результатов в работе. Люди любят тебя за это, они восхищаются твоим умением читать чужие секреты. Я тоже была такой – звездой BWN. Я прославила их.

Она отпивает вина, прикрыв глаза.

– А потом внезапно ты перестаешь быть особенной. Ты всего лишь больное, испорченное существо с гнилой душой. Им это больше не нравится, потому что, по их мнению, проклятия становятся слишком плохими. Они заставляют тебя играть по их правилам, а если ты этого не делаешь, не меняешься, то тебя запирают. Но они не понимают, что ведьма не может менять проклятия. Какой ведьма рождается, такой и умирает.

– Значит, ты пришла убить меня?

Она поднимает на меня взгляд. Я содрогаюсь, глядя в эти глаза, наполненные бесконечной тьмой. Она улыбается, заметив, что я не дотрагиваюсь до тарелки, стоящей передо мной.

– Какая же я мать, если не закончу то, что начала.

– Ты не мать, ты чудовище, – заявляю я.