Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 26 – Аньес Мартен-Люган

Целый час я держался, а потом сдался.

“Лино, это Альбан. Сделаю еще одну попытку… Я верил, что приглашение вытащит тебя из норы, ведь в конце концов я посвятил выставку твоей матери… Если даже воспоминание о ней не смогло заставить тебя приехать к нам, значит, ситуация еще серьезнее, чем я предполагал. Вчера вечером я ждал тебя, и дети тоже, они огорчились, что не увидели тебя. Они скучают по тебе. По глупости я думал, что ты объявишься. Хотя Констанс подготовила меня, сказала, что ты не придешь, она тебя хорошо знает… Я хотел бы понять, Лино. Возможно, я полный дебил, но я по-прежнему не догадываюсь, что между нами произошло… Блин, почему ты не снимаешь трубку?– Вздох. – В данный момент я застрял в Париже, но как только появится возможность, я приеду к тебе, ты от меня не сбежишь. Обнимаю тебя”.

Я надеялся, что у меня есть несколько недель на то, чтобы придумать, как с этим справиться. А пока не буду отвечать на звонки, потому что ничто не помешает Альбану названивать постоянно. Тем хуже, если я потеряю заказы, но у меня и так столько работы, что непонятно, за что хвататься. Завтра опять будет похмелье, но на этот раз я буду знать, отчего оно.

Ребекка

Придя домой, я сослалась на головную боль и присутствие их друзей и сумела сбежать от Фантины и Оскара. Однако на следующее утро уловки у меня не нашлось. Им было известно, что я сплю мало, поскольку утратила сон одновременно с вдохновением. Близнецы ждали меня за завтраком.

– Привет, мама!

– Доброе утро, ребята. – Я их по очереди поцеловала. – У вас нет занятий?

– Сегодня утром нет, – ответил Оскар.

– Я начинаю в десять, – подхватила сестра. – Давай, рассказывай, как там твое свидание?

Сама того не желая, я улыбнулась при воспоминании о вчерашнем вечере. О странном ужине и разговоре с незнакомцем. Или стоило бы назвать наш разговор монологом? Сам того не подозревая, он подарил мне кокон. И в этом коконе я забыла о своих переживаниях и горестях. Его лучшим подарком было отсутствие у него интереса ко мне. Я и не заметила, как влезла в шкуру психолога – вероятно, профессиональные навыки не теряются. И вот он говорил, а я выслушивала признания, выращивала его доверие и время от времени стимулировала его, если считала, что мне это нужно, исподтишка подталкивая к тому, чтобы он углубился в какой-то вопрос, и оставляя место молчанию. Я пришла к определенному мнению, но не стала делиться с собеседником своими выводами, потому что он не был готов их услышать. Я, в частности, поняла, что его отношения с двоюродным братом сложнее, чем он считает.

Я с удовольствием слушала его. Меня зацепили его признания, правдивые или нет. Что именно возбудило мое любопытство? Понятия не имею. Быть может, все дело в том, что я уже давно ни с кем не общалась, предпочитая забиться в угол и сосредоточиться на собственных проблемах. А может, все дело в его взгляде с отсветами грозы. В его загадках, как я это определила. Вообще-то сначала он просто дал мне возможность чем-то заняться, развлечься, но постепенно его признания все больше увлекали меня. К сожалению, он испарился, когда в дверь постучалась его личная реальность. Я больше не могла на него рассчитывать.

И тем не менее я продолжала думать о нем. Он заполнил мои мысли. Чем больше он углублялся в свой рассказ, чем больше доверялся мне, тем сильнее меня завораживали его страдания, его ужасные и прекрасные размышления о любви, его захватывающая история, продолжение которой мне очень хотелось услышать. Этот человек, по крайней мере, те его стороны, которые он мне показал, – если, конечно, он не вошел в роль фантазера, встретившись с незнакомкой, – так вот, этот человек вполне тянул на персонаж романа. Исходящий от него аромат тайны, его особая, слегка шероховатая элегантность, неординарная профессия, терзавшая его душевная боль, ситуация, в которую он попал…