Книга Одержимость, страница 105 – Х. С. Долорес

Облокачиваюсь о мраморную раковину, закрываю глаза и наслаждаюсь тишиной и покоем. Спину покалывает от призрачных касаний его руки, как будто он все еще рядом, нежно направляет меня в танце.

Скрип двери вырывает меня из грез. Приоткрываю один глаз, и все внутри сжимается, когда вижу мелькнувшее знакомое платье с глубоким вырезом.

Блеск.

Каблуки ее туфель стучат по мраморному полу. Она подходит и останавливается рядом с раковиной, возле которой стою я.

– Прости, тебе нужно к раковине? – язвлю, припоминая, как в прошлую нашу встречу она загнала меня в угол в уборной и потребовала, чтобы я ни о чем не просила Адриана.

Я поворачиваюсь к ней лицом, готовая ко всему,но выражение ее лица заставляет меня застыть на месте.

Сомнение, поражение и опустошение одновременно – такой Софи я никогда еще не видела, – и, когда она говорит, в голосе нет привычного превосходства.

– Мне надо знать, – выпаливает она.

Я вжимаюсь поясницей в раковину, не понимая, чего ожидать от такойСофи. Прощай, нормальность.

– Что?

Возможно, злую шутку со мной сыграло флуоресцентное освещение, но готова поклясться, что на ресницах у нее блестят слезы.

– Мне надо знать, как ты это сделала. – Я молча смотрю на нее. Ее губы с помадой в тон платья изгибаются в оскале. – Не прикидывайся тупой. Я хочу знать, как у тебя это получилось. – Голос у нее дрожит, а у меня в душе зарождается жалость. – Ну так что?! – взрывается она, не дождавшись от меня ответа. – Серьезно. Рассказывай. Как ты зацепила этого Чертова-Прекрасного-Принца?

«Да ты даже понятия не имеешь, за кем бегаешь,– хочется сказать ей. – Он не твой прекрасный принц. Он ничей и не прекрасный».

– Софи…

– Четырегода! Я испробовала все. Без косметики. Тонны косметики. Каштановые. Блонди. – Она усмехается, дергая себя за прядь рыжих волос. – Кстати, смотрелось на мне отвратительно.Я навязывалась. Изображала недотрогу. Пыталась вызвать у него ревность. Я испробовала все,а он даже внимания не обращал. Он ни на кого не обращал внимания. Честно говоря, я уже начала думать, что он асексуален или что-то в этом роде. – Софи тычет в меня акриловым ногтем. – Но потом появляешься ты,и он на тебя западает. Так что до того, как закончится этот год, до того, как я начну новую жизнь и выйду замуж за кого-нибудь, кто достоинтого, чтобы я тратила на него время и силы, я хочу знать. Скажи, что у тебя есть такого, чего нет у меня.

Она смотрит яростно и требовательно, и, хоть я и не думаю, что чем-то обязана Софи Адамс, изнутри меня гложет жалость.

Она никогда бы не поверила ничему, близкому к правде, но…

– Ты действительно хочешь это знать?

Она выжидающе смотрит на меня.

Я вздыхаю.

– Он выбрал меня, потому что я – та, кем ты никогда не была и не будешь.

Ее взгляд заостряется.

– И кто же ты?

Я вскидываю руки, сдаваясь.

– Объект благотворительности.

– О, да ладно тебе, – хмыкает она. – Скажи мне правду.

Я качаю головой.

– Это чистая правда. Ты же знаешь его. У него самый настоящий комплекс спасителя. У меня – жалостливая история, которая его растрогала.

– Да ты издеваешься надо мной, – ледяным тоном говорит она.

Я театрально пожимаю плечами.

– Софи, ты можешь быть кем угодно. Только не нищей.

Она сканирует меня взглядом с ног до головы, как будто ищет флакончик с феромонами или колдовской гримуар, торчащий из кармана, а не обнаружив, презрительно фыркает.