Книга Аллегория радужной форели, страница 54 – Мари-Кристин Шартье

Для нас момент назрел. Более чем.

Но этот момент оказался самым подходящим и для электричества, которое внезапно решило вернуться ослепительной вспышкой яркого света, разрушившей атмосферу близости. Мы засмеялись, поскольку это было и вправду смешно. Мы не поцеловались. Но тело осталось в состоянии готовности. И душа тоже.

Уже почти год прошел с того дня, вскоре после Рождества, когда я почти завоевал Кам. Ну то есть на самом деле, типа как я прижимаю тебя к двери, срываю всю одежду, ласкаю, пока ты не осознаешь, что это то, о чем ты мечтаешь всей душой. Я понимаю, что все это звучит как мантра сексуального маньяка, но это совсем другое. Я чувствовал, что если наконец осмелюсь, если слегка надавлю, она сдастся. Что она хотела того же, но инициатива должна была исходить от меня. У меня никогда не было проблем с первым шагом с другими девушками. К тому же я начал замечать, что в моей жизни вырисовывалась некая закономерность: стоило мне сблизиться с моими пассиями, как интерес к ним у меня немедленно пропадал. Флоранс была исключением, правда, и с ней я не был полностью поглощен отношениями. Кам же была терра инкогнита, и я ждал подходящего момента, я ждал собственной уверенности, я ждал… на самом деле я даже и не помню точно, чего я ждал, я просто почувствовал, что мне надоело все время ждать.

Я провалил сближение с Кам в пятницу вечером – мы сидели в маленькой пивнушке с Матье и его девушкой Катрин. Кам – напротив меня, Матье наискосок, а Катрин рядом. Мы пили по второй кружке. Атмосфера стала расслабленной, мы шутили и много смеялись. Я то и дело посматривал на Кам и чувствовал себя уверенным, готовым к действиям. Я собирался проводить ее домой, а там найти удобный момент и признаться. Но если бы я знал, что меня ждет!

Все случилось слишком быстро. Мэт рассказывал какую-то историю, что-то весьма драматичное – он всегда любил драмы, – и вдруг Катрин прервала его восклицанием:

– Ксавье!

Мы все одновременно повернулись к высокому брюнету, входившему в бар. Он вертел головой в поисках голоса, который его позвал, и просиял, увидев Катрин. Он подошел к нашему столику, пожал руку Мэту, поцеловал Кэт. Мы с Кам получили по сердечному кивку. Мы быстро поняли, что это был брат Катрин, и она пригласила его присоединиться к нам. Он взял стул и подсел на другом конце стола, сразу заняв очень много места – не столько своими высказываниями, сколько вообще своим присутствием. Он вообще был большой, выше меня ростом, хоть и не шире в плечах. У него были модная стрижка, дорогие очки, квадратная челюсть, бледная кожа и темные глаза. И он смотрел на Кам как-то уж слишком пристально. Парни всегда смотрят на Кам с интересом, но к этому я привык. Неожиданностью для меня стало, что она смотрела на него тоже. Я это сразу почувствовал, и в животе у меня образовалась пустота.

Чем дальше, тем все более лишним я казался себе за этим столом, между двумя парами – уже сложившейся и складывающейся прямо у меня на глазах. Всякий раз, когда Кам смеялась, слишком громко и положив руку на плечо Ксавье, я чувствовал привкус желчи. Я допил пиво и откланялся еще до того, как это могло бы показаться нелепым. С трудом удержавшись от дурацкого комментария по поводу слишком узких штанов новичка.