Онлайн книга «А что если?»
|
Я опускаю глаза и понимаю, что действительно еще не оделась. – И правда, вид у тебя совсем нездешний. На тебя больно смотреть, клянусь. Еще больше, чем ты думаешь, Эмма. Еще больше. Я направляюсь в спальню, чтобы поискать там одежду, но останавливаюсь и оборачиваюсь к Эмме. Что-то не дает мне покоя. Да, вдобавок ко всему остальному. – Послушай, ты всегда зовешь меня Максин? – спрашиваю я Эмму. – Э-э… Да, а что? Тебя же так зовут, ну и… – Да, это я знаю. Как ни странно, мое имя не стерлось из памяти. Но ты никогда не зовешь меня Макс? – Нет. Ты терпеть не можешь, когда тебя называют так. Странно. Все много лет зовут меня Макс. Почему же вдруг стало иначе? Неужели здесь все совсем по-другому? Глава 21 В кабинете невролога, который, к моему немалому разочарованию, совсем не похож на кабинет доктора Шепарда[19], я жду результатов обследования. Эмма проявила чудеса эффективного менеджмента, два звонка из такси – и нас примут немедленно. Мне почти хочется попросить ее записать меня к офтальмологу, чтобы не ждать год. – Итак, мадам Варран, вы знаете, где вы находитесь? Я не вздрагиваю, когда он произносит мою фамилию, я слышала, как Эмма называла ее по телефону. Месье и мадам Варран. Максин Варран – звучит неплохо. Лучше, чем Максин Палло. – Мадам Варран? – Э-э, да, простите, я немного не в себе, что вы сказали? – Вы можете сказать, где вы находитесь? – В больнице, в Париже. – Отлично. А можете сказать, как зовут президента республики? – Эмманюэль Макрон, – отвечаю я с широкой улыбкой. Квесты я всегда обожала. – Очень хорошо. Ну хоть что-то по-прежнему, какое облегчение! Я была почти готова услышать, что президента зовут Бьюфорд Бешеный Пес. Уж если и быть Марти Макфлаем, так до конца. Судя по всему, хоть у меня теперь другая жизнь, мир вокруг не изменился. Облегчение, да, но с капелькой раздражения. – Еще вопрос! – не могу удержаться я. Невролог явно не находит мою шутку смешной. Страдающая амнезией в хорошем настроении – так не должно быть. Я снова тушуюсь, чтобы хоть немного соответствовать ситуации. – Результаты ваших обследований идеальны. Я не вижу ничего тревожного, МРТ и неврологические тесты в норме. Судя по всему, падение не повредило вашу память в глобальном смысле. Вы говорите, что, когда пришли в себя, ничего не помнили? – Да… Я не решаюсь сказать ему правду. – Должно быть, это частичная амнезия вследствие удара головой. Довольно редко встречается. Он снова просматривает снимки, лоб наморщен от размышления и непонимания. – Доктор? – Да? – Все, что мы здесь скажем, останется между нами? – Конечно. Я обязан соблюдать врачебную тайну. – Очень хорошо. Я глубоко вдыхаю и произношу свой вопрос почти шепотом: – Вы когда-нибудь имели дело с пациентами, которые проснулись в параллельной вселенной? – Извините, я не расслышал. Вы сказали, в параллельной вселенной, да? – Например, сегодня вы невролог? – Да… – Но представьте, что завтра вы проснетесь и обнаружите, что вы не невролог, а, ну, не знаю, согреватель матрасов. И для всех, кроме вас самого, конечно, вы всегда были согревателем матрасов, а вовсе не неврологом? – Согревателем матрасов? – Ну ладно, это к примеру, забудьте. Если я вам скажу, что прекрасно помню свою жизнь, но сегодня утром проснулась в другой? Что вчера я была незамужней учительницей французского в лицее в Саванна-сюр-Сен и снимала квартиру с отбитой экологиней, а сегодня работаю на радиостанции «Европа-1», замужем за красавцем по имени Джаспер и живу в роскошной квартире, вы сочтете меня сумасшедшей? |