Книга А что если?, страница 40 – Карен Понт

– Врач сказал, как помочь тебе вернуть память?

– Делиться со мной воспоминаниями, показывать фотографии, все в таком роде…

Мне кажется, эту реплику я слышала когда-то в кино. Вот что поможет мне узнать побольше об этой жизни.

Но если он будет продолжать водить рукой, я за себя не отвечаю.

Уже поздний вечер, когда Джаспер протягивает мне альбом с фотографиями.

– Это тот, который ты начала, когда мы встретились, – объясняет он.

Я сажусь по-турецки на диван и кладу альбом на колени. Пытаюсь хоть как-то скрыть свое возбуждение. Открывать собственную жизнь в картинках – это что-то новенькое. Джаспер наливает себе еще бокал вина. Я чувствую, что он наблюдает за мной, ситуация его немного смущает. За ужином он рассказывал мне про нашу жизнь, про нашу встречу, немного возбужденно и внимательно следил за моими реакциями в надежде, что всплывет хоть обрывок воспоминания. Мне обидно за него, но я не могу сказать ему правду. Он примет меня за сумасшедшую.

– Это мы? – восклицаю я, глядя на фото в купальниках, снятое в профиль.

– Да, это мы. Наш первый отпуск, это было в Доминикане.

– Какая я классная! – не удержавшись, ахаю я.

Снимок, должно быть, был сделан в конце отпуска, потому что я на нем загорелая. И главное – худая. Я никогда не решалась надеть бикини, а вот теперь могу полюбоваться им на себе, синим в белый горошек.

Джаспер смеется.

– Что тебя так насмешило?

– Ты, твоя реакция. Можно подумать, ты никогда в жизни не видела эту женщину.

Как сказать ему, что это именно так… Я не задерживаюсь и листаю альбом, чтобы найти фотографии, которые меня интересуют, – свадебные.

Их немного. Я нахожу ту, что висит на стене, и снова восхищаюсь красотой моего свадебного платья.

– Ты была так красива в этом платье. Меня не очень вдохновляла мысль о свадьбе, но я был горд и счастлив стать твоим мужем.

На следующих фотографиях я узнаю Эмму, великолепную в лавандовом платье-футляре. Есть и снимок, где я позирую с братом и сестрой. Мне кажется, что я не виделась с ними много недель. Я ощущаю пустоту, которую не могу себе объяснить.

– Нас было много?

– Нет, не очень. Ты не хотела пышной свадьбы, и, должен сказать, меня это тоже устраивало. Были только родственники и близкие друзья. Человек шестьдесят, не больше. Это был прекрасный день.

Я снова смотрю на фотографии, и мне грустно, что я ничего не чувствую. Все эти люди, которых я не знаю, и этот мой образ так непохожи на меня. Или на меня прежнюю. Я сама немного путаюсь.

Мне вдруг становится не по себе, и я закрываю альбом, даже не досмотрев его до конца.

– Тебе нехорошо, родная? – спрашивает Джаспер.

– Это, наверное, была не очень хорошая идея.

– Память не возвращается?

– Нет… Ничего не изменилось. Я… День был длинный, я немного устала. Ничего, если я пойду спать?

– Конечно, ничего. Может, тебе станет лучше, когда ты выспишься.

В его голосе столько надежды, что я почти жалею, что выдумала эту историю с амнезией. Но как сказать ему, что та, кого он любит и на ком женился, уже другая?

Я просыпаюсь со странным ощущением: руки Джаспера обнимают меня. Этот мужчина, о существовании которого я узнала вчера утром, которого впервые увидела вчера вечером, кажется мне одновременно знакомым и чужим. Я прижимаюсь к нему и, если честно, не чувствую ни смущения, ни неловкости. Мне… невероятно хорошо.