Онлайн книга «А что если?»
|
– Моя бабушка. Она в больнице. Она попала в аварию. Мне надо к ней. Мне непременно надо… Я еще раз пытаюсь встать, но ничего не выходит. – Я тебя отвезу, – предлагает Эмма. – Ты не сможешь сама вести машину. Как это случилось? – спрашивает она, подхватив мою сумку и помогая мне надеть пальто. – Я должна была сегодня ехать к сестре. Эта ее идея встретить Рождество с большим размахом… Но у завтрашнего гостя защемило грыжу, и… Короче, мне пришлось решать эту проблему. Ничего страшного, что я к ней не поехала, правда? Я вопросительно смотрю на Эмму, ожидая подтверждения. – Моя бабушка, как я поняла, захотела купить себе платье, и они вдвоем решили поехать на радио, чтобы вытащить меня из кабинета. Они попали в аварию. И бабушка… Она… Сестра сказала, что это моя вина. Она даже прокричала это. Она права, Эмма, я должна была поехать. Должна была сдержать обещание. Если она умрет… – Все будет хорошо, я уверена, – перебивает меня Эмма. – Вот увидишь, она выкарабкается. Может, твоя сестра просто слишком напугана. В шоке человек может наговорить что угодно, чего на самом деле не думает. Возможно, врачи нарочно ввели ее в кому, чтобы ей не было слишком больно? Я цепляюсь за эти позитивные слова как за спасательный круг. Я не переживу, я не могу похоронить Муну второй раз. В этой параллельной жизни она не может умереть, она не имеет права умирать. Иначе зачем… В больнице Эмма узнает в регистратуре, в каком отделении лежит моя бабушка. Я сама не в состоянии произнести ни слова. Всю дорогу сказанное Летисией крутилось у меня в голове. Мне казалось, что я все забыла, но картины аварии, той, в которой за рулем была я, с жестокой ясностью встали перед глазами. Словно в замедленной съемке, я снова вижу машину скорой, себя, закутанную в одеяло из фольги. Бабушку достают из машины. Массаж сердца. Замирающие на груди руки. Помрачневшие лица. А потом фраза, которую никому не хотелось бы услышать: «Нам очень жаль, мы сделали все, что могли, но она умерла». Ошарашенная, я едва сознаю, что Эмма ведет меня к отделению реанимации, в которое положили Муну. Будто издалека я смотрю, как она стучит в дверь палаты 554 и бесшумно открывает ее. Моя сестра там, сидит на стуле у кровати с покрасневшими от слез глазами. А потом я вижу Муну. Подсоединенная к множеству аппаратов, поддерживающих в ней жизнь, она кажется мне бледной и хрупкой. – Я тебя оставлю, – шепчет Эмма, – предупрежу на работе, что завтра тебя не будет. Об этом не беспокойся. Моя передача, моя работа, все, что было так важно для меня всего несколько часов назад, кажется теперь такой ерундой. Когда Эмма закрывает дверь, я делаю несколько шагов к кровати. – Зачем ты здесь? – выпаливает Летисия злобным тоном, какого я никогда от нее не слышала. – Не думаешь, что уже достаточно натворила? – Летисия, я… – Что? Скажешь, что тебе жаль? Что это не твоя вина? Конечно, не твоя, ведь это я была за рулем. Я вела эту чертову машину. Если она умрет, я смогу кричать во всеуслышание, что убила свою бабушку… Я так хорошо знаю, что она чувствует, что боль сжимает мне легкие. – Но этого не должно было случиться, – продолжает она. – Потому что ты должна была быть с нами. Как обещала. Мы бы не попали в аварию, если бы ты не думала только о себе. |