Книга Только для взрослых 18++, страница 20 – Мария Вель

Чего? Что она сказала?

Дерзостью своей нагоняет в кровь нехилую порцию адреналина.

Мало того, что она каждый день мельтешит перед глазами, шарахается по клубам, флиртует с моим братом, так еще хватает наглости предлагать такую херню. Неужели мелкая меня специально провоцирует.

– Пошла нах отсюда. И мамашу свою захвати, – отвечаю довольно грубо.

– Зачем ты так? Я хотела по-хорошему.

Спрыгиваю с кровати. Стягиваю через голову худи, отбрасываю брюки на стул.

Малышка напрягается и вздрагивает, отчего содержимое в ее руках с треском приземляется на пол. Оранжевая хуйня красочно растекается на дубовом ламинате.

– Отсосешь мне прямо сейчас? Возможно, после этого я передумаювышвыривать твою мерзкую мамашу на улицу.

Девчонка замахивается, чтобы залепить пощечину.

Нарывается! Сжимаю до боли тонкое запястье.

– Я тебя предупреждал так не делать? – швыряю миниатюрное тело на кровать.

– Дурак! Ты опять за старое? Извращенец! – накрываю всем телом. – Ты хуже Шмелёва. Наглый, самодовольный дебил!

Делаю глубокий вдох и протяжно выдыхаю в мягкие губы.

Тонкие пальчики вцепляются в мои плечи. Сопротивляться вздумала.

Игнорирую бессвязные звуки протеста.

Срываю с нее крохотные трусики. Белье у нее конечно, как у девственницы. Сегодня нежно персиковый цвет разбавляют забавные пёсики.

Тасю начинает трясти.

Никогда не встречал такого отчаянного сопротивления! Даже на ринге. Абрамова стойко держится. Браво, малышка!

Резко прекращаю все движения.

Не решаюсь переступить черту.

– Какой ты ненормальный. Долбанутый на всю голову. Ненавижу тебя! – резко выдыхает. Прячет лицо в ладони. Хватаю ее за локоть и выталкиваю из комнаты.

Почему –то чувствую себя полным кретином.

Может я слишком с ней? Нет! По-любому она такая же, как и ее мамаша. За одним исключением, кобра намного хитрее.

Сука…

Ума не приложу как избавиться от них. В голове нет даже самого простейшего плана. Думать вообще не получается. Вместо рационального мышления полнейший раздрай.

Что дальше?

Я в замешательстве.

Жесть!

Что-то уже не смешно.

Она ведь нравится мне до безумия.

Тонкая, изящная.

Простая девочка. Нежная. Красивая. Женственная.

Это противозаконно – хотеть ее.

Нет, я обязательно ее трахну. Избавлюсь от наваждения.

Сжав челюсти впечатываю кулак в стену.

Фотография закатного Токио падает на пол.

Ночью с животной похотью набрасываюсь на Маринку. Она любит говорить, что мы занимается любовью. Наивная дура! Это нелюбовь, а просто трах, без каких-либо прелюдий и нежности. Самсонова издает нечеловеческие звуки. Идеально. Надеюсь, незабудка слышит нас. Черт, хватит думать о ней. Это уже ненормально.

С силой сжимаю белоснежную ягодицу. Толкаюсь в девку с громкими шлепками.

– Дан… мне больно… пожалуйста.

Увеличиваю темп, отрываю ее от простыни и удерживаю на весу.

– Заткнись, – кончаю, утыкая лицоСамсоновой в матрас.

Утром, после совместного душа, спускаемся на первый этаж. Кобра с отцом свалили. Маринка тоже нехотя уезжает домой.

Есть не хочется.

Голова трещит, что впору наглотаться каких-нибудь обезболивающих. На кухне слышится возня поварихи Евы. Наверняка, Тася тоже там. От одной мысли о ней в штанах нестерпимо ноет.

– Господи! – голос Евы раскалывает тишину. – Помогите…

Незамедлительно следую в столовую под непрекращающийся женский вопль.