Книга Любовь, что медленно становится тобой, страница 31 – Кристин Кайоль

К дяде идет молодой человек, с виду более энергичный, однако он шаркает стоптанными башмаками, а на голове у него каскетка хунвейбина, грязная и дырявая. Он провожает Шушу в кабинет главы комитета квартала, напрямую подотчетного генеральному секретарю окружной комиссии по хутунам, который, в свою очередь, должен каждую неделю представлять доклад правительству Пекина. Дядя кланяется, но садиться не торопится, дожидаясь, пока глава сделает ему знак, а тот тоже не спешит. Шушу принес в своей зеленой котомке революционера две бутылки пива и две пачки сигарет и ждет удобного момента. Глава очень занят, штампуя огромные кипы бумаг, и не говорит ни слова; дядя стоит лицом к столу, но на некотором расстоянии, не выказывая ни смущения, ни нетерпения. В кабинет возвращается сонный молодой человек – тот, что шаркает ногами. Неопределенно махнув рукой на Шушу, он говорит своему начальнику:

– Это товарищ Ван, его прислал товарищ Сю из третьего округа хутуна Дунчэн, он хочет сделать вам предложение.

Чиновник, покусывая черный карандаш, поднимает на дядю глаза и произносит:

– Жарко, не правда ли?

Дядя кивает; пользуясь моментом, достает из своей сумки еще холодное пиво и ставит его на стол со словами:

– Товарищ Ли, такая жара, а вы заняты столь важными делами. Полагаю, вы устали – вот пиво, глотните, надеюсь, это пойдет вам на пользу. Уважаемый товарищ начальник, еще раз спасибо, что уделили мне ваше драгоценное время.

Пока тот пьет прямо из горлышка, дядя выкладывает на стол две пачки сигарет. Начальник берет их, звучно рыгнув, отчего ему явно становится легче, и делает дяде знак сесть на табурет. И тогда мой дядя излагает ему свой план, планом, по сути, не являющийся, потому что предложить дяде, в общем-то, нечего, кроме расплывчатой идеи «переустройства квартала совместно с группой парикмахеров, готовых оказывать свои услуги, и проекта оздоровления некоторых зон в соответствии с новыми планами товарища Дэна». Однако получить дядя хочет нечто вполне конкретное и зависящее от решения чиновника – красную печать на бумаге, которая засвидетельствует обязательства администрации на разных уровнях. Он объясняет, что собирается опробовать свои идеи на месте, побеседовав с населением, но для этого нужен официальный допуск и гербовая бумага, которая даст ему законные права в глазах жителей квартала. Все зависит от печати – единственной двери, которая откроется туманным планам в его голове.

Дядя знает с точностью хирурга, в какой момент предложить пиво, процитировать председателя Мао или ввернуть в качестве ключевой детали своего плана последний слоган товарища Дэна. Чтобы добиться своего, Шушу действует с изяществом иглотерапевта, активируя в рептильном мозгу все еще слегка недоверчивого чиновника зоны удовлетворения, которые заставляют его принимать решения из числа самых безрассудных.

Тот, кого надо уговорить, залпом выпивает вторую бутылку пива и с довольным видом заводит речь о грядущих переменах в Китае. Он предрекает возврат к традиционному маоизму с Хуа Гофэном[31]. Дядя не возражает, время сейчас не для споров о политике, но для построения дружбы навек.

В этот первый визит Шушу ни о чем не попросил – нельзя высказывать просьбу слишком быстро, как подсказывает ему чутье тактика. Он только осведомился под конец визита: «Вы обедали?» – и повел чиновника есть жареную лапшу в ближайший ресторан.