Книга Криминалист 5, страница 110 – Алим Тыналин

— Чен говорит это убийство, — закончил я. — И я согласен. Пэйнаоблили нафтой до поджога. Он уже не дышал, когда загорелся склад.

Томпсон молчал. Я слышал, как он чиркает спичкой, значит, зажег сигару, значит, серьезно задумался. Томпсон не курил дома при жене, но для срочных звонков делал исключение.

— Четвертый склад, — сказал он. — У Краузе четыре объекта. Три сгорели. Четвертый еще стоит.

— Да, сэр. Если Краузе готовил четвертый поджог, канистры с нафтой могут быть на месте. Та же марка, тот же клапан. Это вещественное доказательство умысла, не реконструкция по золе, а канистры, которые можно подержать в руках и показать присяжным.

— Для осмотра нужен ордер.

— Именно поэтому я и звоню, сэр.

Пауза. Затяжка. Выдох.

— Сегодня суббота, — сказал Томпсон. — Но у федеральной прокуратуры есть дежурный на выходные. Я позвоню ему сам. Объясню ситуацию, передам номер дела. Если химическая экспертиза Чена оформлена протоколом, этого достаточно для ордера на осмотр, не на арест, пока, а на осмотр. Ордер будет готов к утру.

— Завтра утром?

— Завтра утром. Заберешь в балтиморском отделении ФБР, они получат копию по факсу. Поезжай на склад и посмотри, что там. Если найдешь канистры, зафиксируй все, как полагается, фотографии, упаковка, протокол изъятия. Потом поговорим об аресте.

— Понял, сэр.

— И Митчелл.

— Сэр?

— Хорошая работа. — Короткая пауза. — За одни сутки ты сделал больше, чем балтиморская пожарная инспекция за два месяца. Не расслабляйся.

Щелчок. Гудки.

Я положил трубку и посмотрел на часы, без четверти девять. Субботний вечер. Завтра утром надо ехать в Балтимор, осматривать четвертый склад.

И тут я вспомнил.

Николь Фарр. Во вторник я позвонил ей в вашингтонское отделение Секретной службы, оставил сообщение у дежурного, она перезвонила через час с того же номера. Договорились на воскресенье, на семь вечера, ресторан «Клайд'с» в Джорджтауне, столик уже заказан.

Завтра воскресенье. Завтра утром надо в Балтимор. Потом дорога обратно в Вашингтон, оформление протоколов, подготовка материалов для прокурора.

Ресторан в семь вечера, не успею. Или успею, но приеду с запахом сажи и бензина, в мятых брюках и с папкой дела под мышкой, и проведу весь вечер, прокручивая в голове хроматограммы и концентрации карбоксигемоглобина вместо того, чтобы слушать собеседницу.

Снял трубку.Набрал номер, вашингтонский, местный, мелко записанный карандашом на странице блокнота.

Три гудка. Четыре.

— Алло? — Голос Николь, ровный, спокойный, с легкой вопросительной интонацией. На заднем плане тишина. Ни музыки, ни телевизора. Человек, проводящий субботний вечер в тишине.

— Николь, это Итан. Итан Митчелл.

— Знаю. Я запомнила голос.

— Я звоню насчет завтрашнего ужина. У меня проблема.

Пауза. Короткая, в полсекунды, но достаточная, чтобы почувствовать, как девушка на том конце провода пытается понять ситуацию.

— Какая проблема?

— Дело. Еду утром в Балтимор, осмотр склада по ордеру. Не знаю, когда вернусь. Может, к пяти, может, к семи, может, позже.

— Понятно. — Голос не изменился. Ни разочарования, ни обиды, ни холодного «ну конечно». Ровный, деловой тон. Тон женщины, работающей в Секретной службе и понимающей, что дело это дело. — Перенесем?

— Если не возражаешь. Следующая пятница?