Книга Vita, страница 71 – Анастасия Парфенова

Тихим шелестом таяли могучие ветви, растворялись под лучами полудня листья. Она закрыла глаза, снова открыла. Обнаружила, что полусидит-полулежит в истоптанной копытами пыли. В землю рядом было воткнуто копьё, украшенное двумя змеями белого золота. Палило солнце, голова кружилась, надрывались бубны. Огромные крылья спускающейся птицы накрыли на миг тенью.

Медик без сил опустила голову. Прижалась щекой к раскалённой земле. Она лишь на миг прикрыла ресницы. И провалилась во тьму.

Пробуждение было долгим. Точнее, пробуждение происходило раз за разом, чтобы вновь смениться прохладной тьмой. Её несли куда-то, удерживая на руках. Раздевали, укладывали, точно ребёнка. Рокотали над головой знакомые голоса, и медик заставила себя подняться над забытьём. Пробормотала:

— Сигна когорты?

— Никто не в силах извлечь копьё из земли. Ни шаманы, ни маги, ни инженеры с лопатами, — рассмеялась старая Наран. — Имперский трибун оставил рядом десяток легионеров и назвал их почётной стражей. Мой хан вокруг них поставил своих нукеров и назвал их стражей ещё более почётной. Ничья рука не тронет этих змей без твоего позволения, Приносящая жизнь. Спи.

И Луций Метелл Баяр эхом повторил:

— Спите спокойно, медик.

Вита подчинилась.

Она плыла меж снов и воспоминаний, не в силах отличить одно от другого. Кеол Игнвар потрясал лопатой, кричал, что его обокрали. Легионеры и степняки водили хоровод вокруг огромного древа.

Тёплая влажная ткань скользила по лицу, по телу. Стирала пыль и усталость, а с ними и боль. Знакомая рука приподняла ей голову, губ коснулось горло походной фляги.

— Авл? — пробормотала она. — Что с ожоговыми?

— У кочевников нашлась пара лишних склянок со слизнями. Мы никого не потеряли.

— Ингвар?

— А что ему сделается? Мотает медикам нервы. Помог юной Арии освоить, наконец, древнее и безотказное успокаивающее заклятье, именуемое «Два дюжих санитара». Вот что значит — маг в ранге принцепс!

— Не давайте ему лопату…

На мгновение повисла задумчивая пауза. Затем, с восхищением:

— То была на редкость забористая гадюка, — и тоном, не терпящим возражений, — А ну-ка. Выпей вот это.

Она послушно сделала несколько глотков.

— Ты нашёл свою змею? Редкий экземпляр?

— А как же. Знаешь, сколько она стоит? Такие деньги не под каждым камнем ползают. А ну, поднимайся. Давай, давай. Надо дойти до горшка. Помочь? Квинт пока перестелит покрывала.

Очередное пробуждение. И вновь вызванное незваным посетителем.

Вита потянулась — с хрустом, с наслаждением, радуясь возвращающейся к телу силе. Подняла ресницы. Увидела лицо того, кто стоял над ней, сложив на груди руки, и созерцал, словно самую недоступную из тайн бытия.

Благородная Валерия со стоном перевернулась на бок, к нему спиной. И для пущей надёжностинакрыла голову подушкой.

Вместо того, чтоб уловить намёк, гость нетерпеливо вздохнул. Присел на край ложа, для чего ему пришлось бесцеремонно подвинуть в сторону её завёрнутые в одеяло ноги и бедра. Вита попыталась его лягнуть. Без особого, впрочем, энтузиазма.

— Я никуда не пойду.

— Знаю, — ответил Дессамин, тёмный князь из бездонной Ланки. Утешающе похлопал её по изгибу бедра. — Как рука? Очень болит?

Рука не болела совсем, но речь ведь была не об этом. Вита раздражённо выпуталась из вороха подушек и одеял. Села, удерживая сползающую с плеч тунику.