Онлайн книга «Искатель, 2007 № 03»
|
Скользя подошвами по мокрой земле, Сушеницкий добрался до стены неизвестного ему заводика. Побежал направо, вдоль забора — до угла, поворот, еще раз до угла. Теперь осталось обежать вокруг дома и попасть во двор через узкую подворотню. Почему-то Сушеницкий верил, что успеет, что сделает еще два-три кадра. Ему хотелось успеть. В спешке он не понимал, что эта встреча может принести ему смерть. Прохожие мешали ему, путались под ногами, он неаккуратно задел женщину, женщина удивленно вскинула голову, он не извинился и бросился под арку. В тесной подворотне наскочил на мужчину — мужчина толкал перед собой коляску с ребенком. — Осторожней! — Рука с бородавкой у большого пальца умело вывернула коляску, мелькнула куртка, измазанная в чем-то черном; Сушеницкий, запыхавшись, успел прижаться к стене. Мужчина осуждающе покачал головой, покатил дальше свой ценный груз и повернул из арки направо. Столкновения удалось избежать, но мгновения были утеряны. — Извините, — бессмысленно произнес Сушеницкий вслед уже исчезнувшему человеку. Неожиданная пауза немного остудила Сушеницкого — он неторопливо покинул подворотню и осторожно скользнул вдоль дома. Подождал, переводя дыхание, и сделал еще несколько осторожных шагов: показалась машина, самый ее край, была видна часть желтого круга, кусочек цифры. Где-то там, за кузовом, должен прятаться Жостер — у него не было времени исчезнуть. Сушеницкий приподнял фотоаппарат. И вдруг осознал, что сейчас у него может не остаться и доли секунды: когда появится Жостер, он сразу пустит в ход оружие, и Сушеницкому надо будет успеть хоть раз нажать на затвор, а после спасать свою жизнь. Если получится. Три мусорных бака, черные — то ли обгорелые, то ли грязные — и вечно сумрачные,умеющие хранить любые тайны. Сушеницкий переместился за эти баки, они позволили ему подойти незамеченным еще ближе к машине, но это мало что дало: он увидел лишь рассыпанный по земле мусор и услышал безмолвие. Слабый ветерок коснулся лица чем-то прохладным, но у фургона — никакого движения. Сушеницкий сглотнул от напряжения и чуть не упал, зацепившись за чьи-то ноги. Между баками лицом вверх лежал человек. О том, что это Жостер, Сушеницкий догадался сразу, хотя он и не был похож на свои собственные фотографии. Жостер был убит ударом в сердце — рукоятка ножа торчала из груди. Возле правого виска был хорошо виден прямоугольный кровоподтек. Сушеницкий вздрогнул и оглянулся: ему вдруг показалось, что кто-то сзади поднимает нож. Но никого не было. Он стер со лба холодную испарину, сфотографировал мертвого Жостера и двинулся к машине, понимая, что опоздал окончательно и никого из живых застать здесь не получится. У фургона сделал по одному кадру: кабины, двух убитых и пустого кузова. Зашел с другой стороны и заснял машину на фоне черных баков. Хотел сфотографировать весь двор и не успел, помешал женский крик: — А-а-а! Этот голос как напильником прошелся по позвоночнику; Сушеницкий дернулся и резко развернулся, ожидая худшего. У подъезда стояла молодая женщина — пышная и высокая, будто торт с кремом. Она беспомощно разводила руками в стороны, дико вращала глазами и орала: — А-а-а! Укра-а-али! А-а-а! На балконе второго этажа появилась еще одна женщина в серой ночной рубахе. Словно спросонья, она неторопливо оглядела двор, послушала крики и лениво поинтересовалась: |