Онлайн книга «Искатель, 2007 № 02»
|
— Никита, я приказала баньку истопить. Пойдем? — С удовольствием! Елизавета Егоровна четко усвоила уроки мамаши. Мужика нельзя брать нахрапом. Надо создать обстановку, разогреть, распалить и тогда уже хватать. Брать тепленьким! Министр лежал на спине, весь в мыле, а Лиля усердно терла его живот. Не чем-нибудь, а натуральной губкой, привезенной из Греции. — Ты слышал, Никита, твой зам Чаусов своей жене бриллиантовый гарнитур купил. — Ну и что? — Алмазики по три карата, — Ну и что? — Ты в армии служил, Никита? — Бывал на сборах. Ну и что? — Ты видел, какие звезды у генерала, а какие у полковника… Представь, Никита, собирается толпа офицеров. Целый полк или даже рота. И выходит к ним генерал с одной маленькой звездочкой. Как у простого лейтенанта. — Не понял я твою аналогию… Ты что на одном месте трешь? У меня дырка в животе будет. Пониже давай! — Не волнуйся — тебе вредно… А аналогия в том, что ты на своем месте генерал, а твой зам Чаусов — полковник. И нельзя допустить, что на его Нинке по три карата будут светиться, а твоя бедная жена должна в полуторных ходить. Как лейтенант какой-то… Перевернись на живот! Мамаев встал, оглядел голую жену, заляпанную хлопьями мыла, и понял, что она в чем-то права. В их кругу все происходило по правилам. По понятиям! По ранжиру… Он же специально построил коттедж чуть меньше, чем у зампреда Правительства. А у Чаусовачуть меньше, чем у него. Значит, и в бриллиантах должно быть соответствие… Он зачерпнул ковш холодной воды и плеснул на свой горящий красный живот. Почесал затылок и плюхнулся на лежак, подставляя Елизавете министерскую спину и все остальное. — Никитушка, я уже была у ювелира и купила чудесный комплект… Купила, но пока не оплатила. Деньги нужны через три дня. — Сколько? — Полтора миллиона. — Рублей? — Дурак! — Значит, долларов… И где я тебе их возьму? — У Храповицкого. Ты же говорил, что он тебе два миллиона обещал. — Замолчи, Лиля! Об этом даже и не думай! Он мне взятку предлагал… Ты знаешь, какой будет ущерб для государства, если я подпишу ту бумагу для Храповицкого? Даже спиной Никита Сергеевич почувствовал, что легко ранимая Лиля начинает плакать — хныкать и подвывать. Этого он никогда не мог вытерпеть. — Не надо, Лилечка, не плачь. — Нет, надо! Буду плакать… Тебе всегда государство важнее, чем я. Не те времена, милый! Сейчас человек важнее… А ты и так мне всю жизнь испортил. Я секса хочу, а что ты мне можешь дать? — Вспомнила! Раньше надо было… Мне уж шестьдесят. — А мне пятьдесят. Самый разгар. Я баба-ягодка опять… — Это когда сорок пять — баба ягодка опять. — А я, Никита, поздно начала этим заниматься. Вот и сдвиг произошел… Короче, выбирай — или активный секс, или берешь деньги у Храповицкого. Оба они хорошо понимали, что реального выбора у Мамаева не было. Взятку он мог бы взять запросто. А вот со второй альтернативой не получилось бы ни при каких обстоятельствах. — Хорошо, Лиля. Я возьму эти грязные деньги. Но только и на тебе грех будет. — Согласна! Через недельку вместе в церковь пойдем. Будем вместе грешить, вместе каяться… Хочешь мне шею намылить? Она с трудом уместилась на топчане, подставляя свое весомое складчатое тело под натуральную греческую губку. Легкий массаж доставлял удовольствие. Лиля урчала и улыбалась, вспоминая, как ловко она решила проблему… Мама правильно говорила: нельзя давить на мужика. Надо всегда оставлять за ним право выбора. |