Онлайн книга «Искатель, 2007 № 01»
|
— Слушаю, — видимо, промычал я, еще не отойдя от ночного сна. — Сергей, пардон, на происшествие, — сообщил майор Леденцов, который оставался бодрым в любое время суток. — Боря, семь утра! Звони дежурному по городу. — Здесь прикольное хитросплетение. — Труп, что ли? — Сергей, не труп, а персик. Машина за тобой вышла, — отключился он, применив испытанный способ для вытаскивания меня на происшествие. До девяти утра обязан выезжать дежурный следователь по городу. Но если персик… Это понятно только оперативному работнику милиции и прокуратуры. Значит, не бомж, не алкаш, не в подвале, не в грязи, не в блевотине… Я успел побриться и хватить чашку кофе. У меня, как у тертого калача, дома имелся запасной следственный портфель с минимумом необходимого — чтобы не заезжать в прокуратуру… Леденцов встретил меня у парадного. Рядом стоял парень, который показался мне знакомым, но сильно изменившимся. Андрей, тот самый, с пуговицами… Половину его лица перекосила непонятная кривая синюшность. Правой рукой он держался за лоб, словно боялся, что тот отвалится. — Что? — спросил я у майора. — Капитан приложился. — Почему же? — Этот подкараулил девицу. Я догадался, какую: ту, на которую приходил ко мне жаловаться. Уловив мое желание заговорить с избитым, майор посоветовал: — Пойдем, сейчас все поймешь. А его отправлю в травмпункт. На лестничной площадке была вся оперативная группа, включая двух понятых. Все смотрели на девушку, лежавшую у двери в квартиру. Смотрели на труп. Какая там грязь — от нее пахло духами на всю лестницу. — Между прочим, французские «Армани», — объяснила Дора Мироновна, судмедэксперт. Все принюхались. Поскольку никак запах не прокомментировали, Дора Мироновна добавила: — А дамская сумка от Прада. Меня больше интересовали ключи от квартиры, которые она держала в руке: — Наверное, хотела открыть дверь. Леденцов с капитаном вошли в квартиру. Я же примостился составлять протокол осмотра здесь, на лестничной площадке. Запахом духов я пренебрег, фиксируя более объективные признаки: позу трупа, цвет волос, состояниеокоченелости… Ну, и одежду, не вдаваясь в подробности, поскольку за модой не следил и в душе ее презирал. Ну что за цвет мерцающих румян, ногти цвета манго или сумочка из кожи луизианского аллигатора? Кстати, в ее сумочке, уж не знаю из какого аллигатора, нашелся паспорт. Еще участковый извлек предмет, не очень понимая, что это мобильник. Вернувшийся из квартиры майор ему объяснил: — Samsung D600. — Можно звонить? — Звонить, фотографировать, распечатывать документы на принтере, подключаться к компьютеру, записывать видео… — Кофе не подает? — спросил я. — Кем же она работала? — удивился Леденцов. — Она работала проституткой, — сообщил Палладьев. Меня смущало одно обстоятельство. Нигде не было крови. Поэтому я следил за Дорой Мироновной, которая изучала голову потерпевшей. — Кости черепа на ощупь целы. И она принялась расстегивать ее душистые одежды. Какими бы они ни были французскими, покраснеть от крови должны бы. Судмедэксперт говорила о состоянии кожного покрова, о мышцах живота, о застарелом рубце после операции… — Дора Мироновна, а повреждения? — Их нет. — От чего же умерла? — Не знаю. Возможно, остановилось сердце… — Молодая же. — Скажу после вскрытия. |