Онлайн книга «Диверсанты»
|
Усатов настаивал на своем, о чем доложил командующему Флотом адмиралу Головко и члену Военного совета Гришаеву. Командующий принял его сторону, о чем сообщил Клименко. Под списание с кораблей попадали моряки, имеющие родственников за границей, военнослужащие из семей, члены которых пособничали немцам или находились на оккупированной территории, а также некоторые другие. В ходе проверки, чекистами было выявлено сто шестьдесят четыре таких лица. Многие из них высказали недовольство и обратились с жалобами в Центральный комитет, Министерство обороны, а также в другие государственные инстанции. В результате подразделение попало под жесткую проверку этих обращений представителями Комитета партийного контроля при ЦК КПСС и Главного политического управления. Предчувствуя, что этот вопрос может привести к проверке, Усатов все подлинные справки (их было семь) подшил в особое дело и определил в свой личный сейф. Копии их хранились в секретариате Военного совета флота, а также секторе делопроизводстваОсобого отдела эскадры. С приездом Комиссии в Особый отдел флота им, по указанию Клименко, были предъявлены копии справок на списанных с кораблей моряков. Усатов в это время находился в море. Член Военного Совета флота контр-адмирал Орлов, который в поход не ходил, заявил Комиссии, что большинство справок Военному Совету флота не докладывалось, а решение по списанию личного состава принималось Особым отделом флота и эскадры. Когда же на Военный совет пригласили Клименко, тот сразу же заявил, что решение принимал единолично сам Усатов. Как только крейсер «Суворов» прибыл в базу, Михаила срочно вызвали к командующему флотом адмиралу Головко. Командующий рассказал Усатову о всех заседаниях Комиссии и позициях сторон. А тот попросил двадцать минут для представления ей всех подлинных справок, по которым принимались решения Военного совета с визами Командующего флотом, а также начальника политотдела. Когда Михаил принес документы, в кабинете адмирала находились все члены московской Комиссии, члены Военного совета флота, командиры бригад и кораблей эскадры. Усатов зачитывал справку за справкой с подробным изложением полученных компрометирующих материалов. Головко по каждому списанному военнослужащему ставил вопрос на голосование членов Военного совета. Оно показало, что все были отведены от участия в визите обоснованно. В заключение Командующий объявил: «За добросовестную работу начальника Особого отдела эскадры товарища Усатова, Военный совет награждает его ценным подарком. Товарищам, которые по умыслу или недоразумению пытались скомпрометировать Михаила Андреевича, прошу сделать соответствующие выводы и, естественно, извиниться перед ним в присутствии членов Военного совета флота». Первым поднялся командующий эскадрой, адмирал Абашвили. Он сказал: «За всю свою службу я не встречал такого особиста. Это прямой и честный человек. Я его видел не только среди матросов, но и на ходовом мостике, когда он нес самостоятельную ходовую вахту. Это смелый и решительный человек. Спасибо ему за все. От чистого сердца». Непосредственный же начальник Усатова – Клименко встал и просто извинился. В завершении Командующий флотом заявил при всех: «Я поставил вопрос о том, чтобы Усатова утвердили членом Военного совета вместо убывающего в Москву контр-адмирала Орлова.От этого выиграет Флот, да и Особый отдел, который он будет курировать». |