Онлайн книга «Диверсанты»
|
Усатов ушел искать моряков, которые принимали и отправляли на Зайцевский бронекатера. С ними договорился об отправке первым рейсом в пять часов утра. Моряки по-братски поделились с ним продуктами: дали кирпич хлеба, две банки тушенки и сушеного леща. В землянке все перекусили. Но, несмотря на смертельную усталость, уснуть так и не смогли. Перед глазами стояли боевые друзья, навечно оставшиеся в сталинградской земле. Их было немало. А утром чумазый и обгоревший бронекатер Волжской флотилии доставил всю группу к 62-й переправе, откуда она добралась к месту сбора дивизии, в поселок Цыганская заря. Политотдел разместился в небольшом беленом домике из самана. Кое-как убрав помещение, прямо на полу завалились спать. Разбудил всех комиссар дивизии Щербина. Он уже был чисто выбрит, умыт и, как всегда, деятелен. – Так и обед проспите, а он очень вкусный – наваристый борщ, картошка с тушенкой и компот. Перед обедом разрешаю принять по сто граммов «наркомовской», – сказал подчиненным. Все быстро привели себя в порядок и пошли в штабную столовую. После обеда отправились на санпропускник, где с удовольствием помылись, получили новое белье, обмундирование, яловые сапоги и плащ-накидки. В своем домике сделали генеральную приборку – вымыли кипятком стены, полы, столы и окна. Две кровати с матрацами вынесли в сарай, а себе принесли свежего сена, накрыв его плащ-накидками. – Да, в таких условиях жить можно, это не землянка, – довольно изрек Бородуллин. Когданаступил декабрь, дивизия выехала на формирование в город Балашов Саратовской области. Все соединение вместе с тылами разместилось в трех эшелонах. Там личный состав определили в авиационный городок, куда сразу же стало поступать новое пополнение – более половины из батальонов выздоравливающих, в том числе из своего соединения, а также молодежь из Сибири. Трудности возникали с комплектованием командных кадров. Однако уже к началу февраля дивизия была почти полностью укомплектована. Здесь же, в Балашове, представитель Ставки Верховного Командования вручил дивизии Гвардейское знамя, на котором золотыми буквами значилось «37-я Гвардейская стрелковая дивизия». Знаменосцем назначили Усатова, ассистентами – командира роты связи Листрового и командира взвода автоматчиков Горшкова. Преклонив колени, все дали клятву приумножить боевую славу дивизии и с честью пронести гвардейское знамя во всех боях до полной победы над врагом. Вручение знамени вылилось в настоящий праздник, где были радость и слезы. В эти дни служилось легко и радостно, вокруг царило небывалое одушевление. Сводки Совинформбюро зачитывались перед строем, в них сообщалось о великой победе советских войск – окружении и уничтожении стотысячной армии Паулюса под Сталинградом. Они вызывали прилив новых сил, веру в победу и стремление поскорее вступить в бой. Три недели шло формирование дивизии, а также подготовка ее к боевым действиям. 6 февраля 1943-го года, дивизия из резерва Ставки Верховного Главнокомандования была передана Центральному фронту и вошла в состав 65-й армии генерала Батова, наступавшей на Брянском направлении. Спустя еще неделю ее подразделения начали выгружаться на станции Елец и прямо из вагонов уходить на марш. За восемь суток непрерывного движения, в условиях полнейшего бездорожья, метелей, снежных заносов и морозов соединение прошло от исходного пункта более двухсот пятидесяти километров, преследуя отступающих фашистов. |