Книга Вход только для мертвых, страница 9 – Валерий Шарапов

— Трупы мне еще не хватало возить, — заикнулся было водитель, недовольно поморщившись от столь нерадостной перспективы. — Труповозку…

— Труповозку?! — оборвал водителя Орлов, метнув на него недобрый взгляд.

Он хотел еще что-то добавить нелицеприятное, многозначительно сощурив колючие глаза, но предусмотрительный Заболотнов спешно отступил назад и через секунду пропал за кустами сирени. О том, что он только что здесь находился, говорили лишь покачивающиеся ветки.

— Труповозку ему подавай, — раздраженно процедил сквозь зубы Орлов, с состраданием поглядывая на мертвую женщину, на ее длинные, обесцвеченные пергидролем волосы, которые, распушившись, лежали вокруг ее запрокинутой головы, ставшей после смерти вдруг маленькой, похожей на кукольную. От бессилия что-либо предпринять, чтобы воскресить ее, он с силой ударил в стену кулаком. — Такую красоту сволочь загубил.

Клим круто развернулся и вышел из склепа, чтобы не мешать Капитонычу заниматься своими делами. В сосредоточенной по углам темноте, куда не доходил тусклый свет снаружи, яркие вспышки электронной импульсной лампы на секунду выхватывали свисавшую с потолка густую паутину, ржавые потеки от сочившейся сверху дождевой воды, высокий потолок, на котором еще сохранились мутные краски, оставшиеся от картины на религиозную тему. Сама же убитая в синих всполохах выглядела настолько неестественно, как будто это лежал не человек, а женский манекен, выкрашенный в синий холодный цвет. Бесстыдно раздвинутые ноги с рыхлыми бедрами, неловко вывернутые в суставах руки со скрюченными пальцами — все это смотрелось отталкивающе и страшно, противилось логике нормального человека.

Капитоныч же привычно выискивал нужный ему ракурс и, казалось, ничего вокруг не замечал. Под ногами криминалиста-фотографа мерно хрустела отвалившаяся серая штукатурка.

Вернулся запыхавшийся Журавлев. Галифе его выше голенищ были мокрые, с приставшими к ним мелкими листиками какой-то колючей травы.

— Клим, разыскал я бузину… Видно, что ломали недавно, — бойко заговорил он. — Только там тоже нет никаких следов. Дело в том, что прямо впритык к этому чертову кусту проходит вымощенная из камня дорожка. Чуть ли не на коленях около куста все излазил. Камня тоже не нашел. По всему видно, насиловал он ее где-то в другом месте, а потом сюда принес. Уже убитую. По-быстрому закидал ветками, далеко и не уходил, наломал, и все дела.

— Тут без вопросов, — согласился Орлов, кивнув в знак согласия. — Другое меня интересует, это самое место… Разыскная собака тоже вряд ли поможет, дождь ночью прошел. Он хоть и не ахти какой был… — не договорив, Клим безнадежно махнул рукой. — Ежели понос пристиг, то и штаны снять не успеешь.

— А если наших курсантов привлечь?

Ворочая крепкой шеей в тугом воротнике с серым от пота подворотничком, Орлов огляделся по сторонам. Вокруг, как в дикой природе, буйно курчавилась зелень, занимая все пространство между крестами, надгробиями, склепами, в некоторых местах длинные плети травы ползли даже по столам высоких деревьев, добравшись до сучьев, а в оградах заброшенных могил трава вымахала уже в человеческий рост.

— Разве здесь найдешь? Гиблое дело.

— Орлов, — окликнул Клима судмедэксперт, и когда тот оглянулся, помахал ему ладонью, приглашая подойти. — У женщины кольцо пропало с безымянного пальца… А вот серебряные сережки остались… Странно как-то.