Книга Приближение, страница 88 – Довон Ко

Он знал, где закопано тело. У него были доказательства против нее. Он помог скрыть улики, замел следы, но тем самым навсегда приковал ее к себе.

– Но знаешь, стоит один раз переступить черту… и потом уже не остановишься.

Ее второй раз был другим. Он не ограничился одной жертвой.

Сокхи сожгла всю скотобойню.

Официальная версия – взрыв газа, который провел к пожару. Ферма на отшибе, был поздний вечер, по телевизору шел популярный сериал. Никто ничего не заметил, пока не стало слишком поздно.

К тому времени, как прибыли пожарные, спасать было уже некого.

Так Сокхи умерла.

По крайней мере, официально.

По сей день Сокхи преследует навязчивая мысль о том, что старший брат выжил и ведет за ней охоту.

Каждый раз, открывая дверь, она ловит себя на мысли: а вдруг за ней кто-то прячется? Каждый раз, засыпая, боялась проснуться в незнакомом месте, где ее будут ждать пытки.

К двадцати годам она пришла к выводу: этот кошмар можно закончить только одним способом – отрубив ему голову.

– Однажды я задумалась… как я оказалась на этом пути? Откуда все началось?

Лезвие медленно скользнуло по шее Сончжуна. Даже от легкого прикосновения осталась тонкая красная линия. Под кожей дернулась жилка.

Брошенный на пол телефон вдруг завибрировал.

На экране высветилось имя – Пак Тэхван.

Сокхи подняла телефон и поднесла к лицу Сончжуна – мол, теперь понимаешь откуда?

Сокхи ответила на звонок.

Громкость была выставлена на максимум, и голос Пак Тэхвана прозвучал особенно отчетливо. Сончжун тоже его слышал. Как и следовало ожидать, Тэхван говорил с подчеркнутой покорностью, давая понять, что готов выполнить любое требование похитительницы.

Сокхи посмотрела прямо на Сончжуна, прежде чем ответить:

– Ваш сын истекает кровью. Если собираетесь тянуть время, вам это дорого обойдется.

Сончжун пошевелил связанными кабельной стяжкой запястьями. Он уже давно пытался их ослабить, и теперь кончики его указательного и среднего пальцев были перепачканы кровью.

Сокхи мягко накрыла его руку своей, чтобы прекратить эти попытки, и, не меняя тона, продолжила:

– Я готова обменять вашего сына на вас. Место отправлю в сообщении. Думаю, вам не нужно напоминать, чтобы вы приходили в одиночку.

Она отключилась.

Пусть Сокхи и сказала, что согласна обменять Сончжуна на его отца, у нее и в мыслях не было отпускать кого-либо из них. Впрочем, Тэхван не собирался оставлять ее в живых, как и позволять своему сыну умереть. В этом Сокхи не сомневалась – восемь лет наблюдений за Пак Тэхваном и его методами не прошли даром. Она прекрасно знала, с кем имеет дело.

Лезвие скользнуло вниз, к воротнику рубашки – так же, как когда-то делал Сончжун. Донесся приглушенный, похожий на смешок всхлип.

На мгновение Сокхи задумалась, вспоминает ли он сейчас своих жертв, оказавшись на их месте. Но спрашивать не стала. Сейчас не время для лишних разговоров – каждое слово нужно подбирать с осторожностью.

Лезвие прочертило тонкую алую линию на коже и замерло чуть выше стяжки, сковавшей его лодыжки. Наступило время для главного вопроса – вопроса, который она так долго откладывала.

– В начале года «старший брат» Ённама умер от вируса. Но прошло уже много времени, а нового лидера так и не назначили. Даже если глава умирает внезапно, всегда есть протокол преемственности. А тут ничего. Значит, я что-то упустила.