Книга Тайна мыса Пицунда, страница 15 – Николай Свечин

– Поездом, в отдельном купе.

– Возьмите пару конвойных покрепче. Парень здоровый, будет пытаться сбежать по дороге.

– Попробует – ему же хуже будет. Очень хочется ему шею свернуть, так хоть бока намну.

– Алексей Николаевич, я серьезно, – расстроился Фирсин. – Вы уже не юноша, видать, что весь ломаный-переломаный. А если не совладаете? И упустите чертово семя? Он ведь на свободе таких дел натворит!

Командированный отмахнулся, и сыщики откланялись.

Пока оформляли документы на передачу подозреваемого в столицу, Лыков гулял по городу. Он уехал отсюда тридцать пять лет назад молодым геркулесом, которому море по колено. А теперь – дважды вдовец при пяти внуках и внучках… Серебряный рубль статский советник все еще рвал пополам. А вот гривенник уже не сгибал – пальцы стали толстые и срывались с монеты.

Война сильно изменила Нижний Новгород. Всюду расположились военные лазареты. Владимирское реальное училище, мещанская богадельня, приют имени генерала Григорьева, здания Биржевого комитета, пароходного общества «Волга», частные дома Ремизова и Сухаревской были отданы под нужды раненых. За Окой, на прежней выставочной территории[21]для этих же целей на средства Земгора возводился целый квартал из бараков. Другие бараки достраивались: один на Арзамасском шоссе прямо за тюрьмой – на 1000 коек, а второй в Молитовке – на 570.

Газеты и плакаты призывали людей подписываться на новый оборонный заем. Доходность там обещали среднюю – пять с половиной процентов годовых, но давили на патриотизм. «Ты не можешь воевать или работать на станке снаряды – купи облигации!» Крупняки уже отличились: Нижегородское биржевое общество подписалось на 200 тысяч рублей, а члены учетно-ссудного комитета по торгово-промышленным кредитам аж на 578 тысяч! Товарищество Якова Башкирова отчиталось на 300 тысяч рублей, причем значительную часть облигаций приобрели рабочие. В целом было выкуплено оборонных ценных бумаг нового займа на 9 миллионов.

Для нужд армии власти арестовали все запасы сырых кож в Нижегородской губернии. Таковых сперва насчитали 250 тысяч пудов. Когда добрались до складов Российского транспортного общества, что на Московском шоссе, обнаружили еще 73 800 пудов. Теперь обывателю пошить сапоги или башмаки стало проблемой. Земство от безысходности рекомендовало изготовлять беженцам «обувь облегченного типа» из клеенки.

В приюте имени генерала Григорьева открыли мастерские-убежища для увечных воинов. Их обучали сапожному и портновскому ремеслу. За три месяца инвалидами было выработано товара на 2500 рублей. Городская управа распорядилась назначить им постоянное жалованье, чтобы калеки не надрывались на сдельщине. Из комитета великой княгини Марии Павловны выделили 10 тысяч рублей в помощь начинанию.

Та же городская управа передала 10 десятин удобной земли под устройство общественного огорода. В решении так и было сказано: в видах замены в пище мяса овощами у городского населения. Копаться на огороде должны были ученики и ученицы начальных школ и училищ: 25 мальчиков и 15 девочек.

Общественность призывали оказать помощь нашим военнопленным в австро-германских лагерях. Рекомендовалось направить туда посылки с самым необходимым: сухари морские серые, макароны, папиросы, чай, пиленый сахар и смена белья (рубаха, подштанники и носки), общим весом не более 10 фунтов.