Книга Слово о Сафари, страница 149 – Евгений Таганов

— Во Владивостоке их вовсю уже возводят. Неужели ты думаешь, что денежные мешки захотят к нам вселяться в пятикомнатные коттеджи? — сердито отмахнулась сестра. — Чем тебе не нравятся эти десять комнат, если за них будут хорошо платить?

— Например, тем, что их нужно будет чрезмерно отапливать, — невозмутимо, как старая бабка, отвечал ей брат.

— Какое нам дело, если это будет оплачено?!

— Лично у меня это будет вызывать дискомфорт, а я дискомфорта не люблю.

— Так что, мы из-за твоего дискомфорта должныотказываться от явной прибыли?

— Не должны, но так хочется, чтобы отказались.

Ответом Дрюне был общий одобрительный смех бригадиров. Однако Катерина не собиралась сдаваться:

— Ты со своими пенсионерами совсем рацио потерял. Ведь там будет жить не только одна семья, а и её прислуга. Им тоже есть-пить надо. Это будет чистый наш доход при отсутствии каких-либо расходов. Опять же дорогие развлечения: казино, тотализатор, японская кухня. Чем больше нюансов на Симеоне будет, тем лучше.

— А ещё они будут мазать горчицей голову нашим официантам и платить им за моральный урон хорошие чаевые, — дополнил Дрюня.

— И что же?

— А я им за это буду разбивать их собственные головы и сяду за это в тюрьму. Тебе очень надо носить туда мне передачи?

Это был единственный случай, когда Катерина не досидела до конца совета, а гневно выскочила за дверь.

Десятикомнатные особняки в Родниках так и не появились. Возобладала сафарийская точка зрения: иметь столько жилплощади, сколько можно убирать своими собственными силами, без приглашения прислуги. Естественно, многие владивостокские богатеи нос от такой совковости воротили, но через какое-то время появились нувориши, которых наш стильный жилищный аскетизм стал всё же привлекать.

Столь же невозмутимо Воронцов-младший принял участие в разборке с криминальным общаком. Стремительно обесценивающиеся рубли вызвали категорический протест наших спонсоров-казиношников:

— Давайте все расчёты переводить в доллары.

— Но мы тридцать процентов в долларах в год не потянем, — возражал Севрюгин, с которого главное казначейство Сафари никто не снимал.

— Ничего не хотим знать, в рублях осилили, справитесь и с долларами, — отвечали бандюганы. — Решайте скорей, а то придётся вас на счётчик ставить.

Сытая размеренная жизнь последних лет сыграла с Фермерским Братством злую шутку — мы уже вышли из боевого тонуса, а криминал во Владивостоке, наоборот, становился всё более кровожадным. Срочно созвали Совет зграи, чтобы решить: как быть? Присутствовал и Отец Павел. Предлагались разные варианты.

— Все они слишком разумны и сбалансированы, чтобы их серьёзно предъявлять, — определил Воронцов-старший.

— А давайте их самих на счётчик поставим? — предложил вдруг Дрюня.

— Только нам ещё гангстерской войны не хватало, — недовольнопроворчал Вадим.

— При чем тут война? У нас есть казино и гостиница, с них они тоже гребут хорошие проценты. Но кто нам запрещает до небес взвинтить там цены за электричество, отопление и воду?

— Ну и взвинтим, а что дальше? Они лишь посмеются, и всё, — Севрюгин по-прежнему был крайне скептичен.

— Тогда надо во всём Симеоне поднимать цены, — рассудил Чухнов.

— Ну и поднимем. И тут же перекроем их своими дотациями, — горячился Дрюня. — Как с продуктами.