Книга Последняя жертва озера грешников, страница 115 – Марина Болдова

— Ты — известный психолог, майор, — с легкой усмешкой отметила Ляна, но тут же прикусила язык — побоялась, что «новый» Сотник может спокойно встать и уйти, не оценив пусть и добрую, но все же иронию.

— Но когда в кабинет вошел Страхов и предъявил ему плащ-палатку, Гафица вдруг побледнел, — проигнорировал ее выпад Сотник.

— Где вы ее нашли?

— При обыске в доме Сабитова, в гараже. Позже экспертиза показала, что эта плащ-палатка принадлежала Гафице, в ней он был, когда убивал Сабитова. Кстати, оружие обнаружили в бардачке «Хаммера». А Гафица, похоже, бы уверен, что вычислить его невозможно.

— Или надеялся на адвоката?

— И это тоже. Калягин прибыл оперативно, что лишь доказывало, что Роман Гафица был фигурой подчиненной, но для своих московских покровителей весьма опасной. Было понятно, что адвокат прибыл проконтролировать, чтобы подзащитный не наговорил лишнего.

В камере Гафица провел ночь, но этого хватило, чтобы с него слетела вся спесь. Дальше все допросы происходили в присутствии Калягина. На первом же Гафица дал признательные показания по убийству Сабитова. На вопрос о мотиве преступления ответил, что Сабитов зарвался, читай — отбился от рук. То есть, заявил, что он, Гафица, контролировать его действия уже не мог, и к тому, что натворил Сабитов, он отношения не имеет.

— И ты принял такое объяснение?

— Нет, поэтому следующим вопросом я его поставил в тупик. Спросил о вашей фамильной реликвии, давая понять, что знаю о его родстве с тобой. Это «добило» его, Гафица заметно сник. Насторожился и московский адвокат, который явно не был в курсе этих дел.

Собственно, на этом допрос закончился, Калягин попросил паузу для беседы с подзащитным. По недовольному выражению лица адвоката я понял, что об убийстве Сабитова, да и о цыганском кресте тот слышит впервые. Позже Калягина ждали еще новости о двух похищении Гафицей Ляны Фандо. После чего адвокат вернулся в Москву.

— Отказался от защиты?

— Да. Но тут подсуетились родители Гафицы, наняли местного. Кстати, не последнюю роль в бегстве Калягина сыграл Валевский, — Сотник сделал паузу, ожидая от нее комментария. Но Ляна промолчала…

Она о Валевском забыла. Не вычеркнула из памяти Леху, а «отодвинула» куда-то в дальний уголок души. Да, ее видение, в котором она, Валевский и Сотник были вместе, беспокоило Ляну. Пока что между ними образовалась косвенная связь, и «точкой» соприкосновения стал Гафица. Ее общий с Лехой враг, преступления которого расследует Сотник. Но Ляна чувствовала, что не это главное, что связывает или свяжет в будущем их троих. Что это такое будет, ей было неведомо. «Еще не время узнать», — решила она.

— Ляна, о чем задумалась? — вернул ее в реальность голос Сотника.

— Так что там с ролью Валевского?

— Его показания в деле о спорных землях сильно отличались от тех, что дал Гафица. Твой родственник и тут попытался вывернуть все наизнанку, обвиняя свою бывшую любовницу, жену Валевского, в том, что та скрыла от него рождение сына. Якобы, он узнал об этом случайно только недавно. В общем, Гафица настаивал на том, что «возню» с участком земли он начал, чтобы приобрести инструмент давления на Данеляна, его дочь Карину и Валевского. Опять же, якобы, чтобы те признали его отцом мальчика: у них с Тамарой детей не было, а Гафице был нужен наследник фамилии. Он заявил, что наличие каких-то московских покровителей, которым якобы пригляделся этот клочок земли, это бред Валевского. В тот момент Калягин его еще не кинул, было видно, как тот доволен ответом подзащитного. Но твой друг Валевский предоставил записи разговоров с Сабитовым и самим Гафицей, где звучат голимый шантаж и угрозы. Там же Гафица открытым текстом заявляет о неких влиятельных москвичах, которым нужна эта земля. Но это отдельное дело, оно еще в разработке. Гафица имен не называет, после разговора с Калягиным на эту тему вообще замолчал.