Книга Последняя жертва озера грешников, страница 77 – Марина Болдова

Валевский двинулся по ней. Через какое-то время начался постепенный спуск вниз. Вскоре Алексей дошел до воды, где с удивлением обнаружил аккуратные мостки. Он встал на них и тут же заметил рыбака в лодке.

Сотник вздрогнул от раздавшегося звонка мобильного, он был уверен, что сигнал в этом месте не ловится. По крайней мере, так было четыре года назад. Приходилось топать к трассе, как говорила Ляна. Значит, где-то неподалеку поставили вышку сотовой связи.

— Слушаю. Да, доброе, Артем. Я в лесу с опергруппой из района. Ляна Фандо со мной. Да, новые обстоятельства. Ты встретил в аэропорту Светлану Соболь? Так… и что она? Квартиру купила у отца по его желанию? Ох, не верю. Правильно, что взяли подписку. Можно было бы и задержать до выяснения. Ладно, взяли и взяли, ты прав, деваться ей некуда. Когда освобожусь? Думаю, к обеду. Хорошо, до встречи.

Слышимость была плохая, приходилось переспрашивать, но это была связь!

Он видел, как Ляна при первых звонках направилась к выходу, успел заметить и растерянное выражение ее лица. Она о чем-то думала, эту складку между бровями он помнил — она всегда морщила лоб, когда не могла сразу сосредоточиться на мысли. И какое у нее бывало лицо, когда она «уходит в астрал» (он так однажды назвал, но Ляна лишь усмехнулась), тоже помнил: неживое, щеки без намека на румянец, словно бледная застывшая маска, а не лицо живого человека…

Он долго не мог привыкнуть, стараясь за небрежными шутками скрыть свой страх за нее. Она «возвращалась» так же мгновенно, как и «пропадала». Открывала глаза и начинала говорить. Быстро, четко, выговаривая каждое слово. «Слушай, не перебивай, Сотник! Я могу потом и не все вспомнить!» — однажды резко оборвала она его, когда он попытался задавать какие-то наводящие вопросы. Он привык и к такой Ляне. Любил и такую. А вот Фандо, видимо, терпел недолго, раз заставил ее отказаться от своего дара. «Дар не мой, Миша, — поправляла она. — Знаешь, все чаще я думаю, что это не дар вовсе, а проклятье. Наказание такое за какие-то грехи в прошлых жизнях». Может быть, и Георг считал ее способности наказанием? И хотел уберечь по-своему. Или же он боялся, что однажды она узнает о нем что-то, о чем знать не должна?

Тогда, четыре года назад, когда они часто бывали втроем, Сотник, однажды заметив, как смотрят друг на друга Фандо и Ляна, запаниковал ни на шутку. Да, они с Георгом были в детстве друзьями, но это было так давно, что и вспоминалось с трудом. Сейчас же Фандо в городе был фигурой далеко не однозначной, но настолько влиятельной, что с ним считались даже на самом верху местной власти. И как был уверен Михаил, побаивались. Да и не хотелось, видимо, терять руку, столь щедро сыпавшую на проекты и благотворительность денежку. Георг, насколько было известно из новостных каналов, полностью спонсировал многие городские мероприятия, а галочки ставились не ему, а администрации города. При Фандо на своих местах крепко сидели те, кто ему не перечил. И при этом принципиальность Георга касаемо взяток была известна каждому — никому и никогда он не «давал на лапу». Как удавалось так жить? То была загадка для всех. Его пытались подставлять — вымогатели теряли свои насиженные кресла. Врагов Фандо нажил много, но ни одному так и не удалось сдвинуть его с позиций.