Книга Криминалист 4, страница 82 – Алим Тыналин

В правом кресле второй пилот, моложе, лет тридцати двух, темные волосы и усы. Тоже в форме, на эполетах три золотые полоски. Смотрел прямо перед собой, держа руки на коленях.

За креслом капитана стоял угонщик.

Мужчина лет тридцати восьми — сорока. Рост около шести футов, худощавый, но жилистый. Темные волосы коротко острижены, лицо чисто выбрито. Скулы острые, челюсть квадратная. Глаза серо-голубые, холодные, изучающие.

Одет просто, серая рубашка с короткими рукавами, темные брюки, черные ботинки. Рубашка заправлена, ремень кожаный с простой пряжкой.

В правой руке пистолет. Вернее, револьвер, калибр вероятно.38, никелированный корпус блестел в свете приборов. Ствол направлен на затылок капитана, дистанция фута полтора.

Угонщик посмотрел на меня. Изучал секунд пять, не моргая.

Затем кивнул.

— Закройте дверь.

Я закрыл дверь за собой. Мы остались вчетвером в тесной кабине.

Угонщик указал стволом на пустое пространство у стены справа, между креслом второго пилота и дверью.

— Встаньте там. Не двигайтесь. Руки чтобы я видел.

Я встал у стены, руки держал на уровне груди, ладони открыты.

Угонщик смотрел на меня еще несколько секунд. Затем спросил:

— Вы вооружены?

— Нет. Оставил оружие внизу, как вы требовали.

— Развернитесь. Медленно.

Я развернулся спиной к нему. Услышал шаги, он подошел ближе. Одна рука легла на мое плечо, крепкая хватка. Другой рукой он меня быстро и профессионально обыскал. Проверил карманы пиджака, брюк, пояс и лодыжки.

Движения точные и методичные. Явно не любитель. Есть военная подготовка.

Нащупал рацию в кармане брюк, вытащил.

— Что это?

Я медленно обернулся. Он держал рацию в левой руке, револьвер в правой все еще направлен в мою сторону.

— Рация. Для связи с командой внизу.

Угонщик усмехнулся холодно.

— Чтобы они слушали наш разговор?

— Да.

Он посмотрел на рацию,нажал кнопку, поднес к губам.

— Агенты ФБР, слышите меня?

Из рации раздался треск, затем хриплый голос Брэдшоу:

— Слышим.

Угонщик бросил рацию на пол, наступил ботинком. Треск пластика, рация раздавлена.

— Больше не слышат.

Сломав рацию, угонщик вернулся на позицию за креслом капитана, пистолет снова направил на затылок Миллера.

Посмотрел на меня.

— Говорите. Зачем пришли?

Я медленно достал блокнот и ручку из кармана пиджака. Угонщик напрягся, но увидел что это только блокнот и расслабился.

— Я здесь чтобы выслушать ваши требования. Понять что вы хотите. Помочь мирно решить ситуацию.

Угонщик снова кивнул.

— Мои требования просты. Техническая проверка завершается. Самолет взлетает, летим на Кубу. Никаких задержек, никаких попыток остановить. Если попытаетесь штурмовать или помешать взлету, я начну стрелять в пассажиров. — Голос ровный, без эмоций. Как будто читает инструкцию. — Это ясно?

— Ясно. — Я открыл блокнот, записал. — Почему Куба?

Угонщик пожал плечами.

— Хочу жить там. Это мое дело.

— У вас есть проблемы с законом в США?

— Может быть. Не ваше дело.

Я изучал его. Поза расслабленная, но он все равно наготове. Пистолет держит уверенно, палец на спусковом крючке, не напряжен, но сохраняет бдительность. Стоит за капитаном в позиции максимального контроля. Обзор на всю кабину, быстрый доступ к обоим пилотам.

Профессионал.

Я видел таких во Вьетнаме. Солдаты после месяцев боев, спокойные, методичные, без лишних эмоций. Опасность стала привычкой.